– Но ведь этот мужчина спас сотни людей…
– Спас? От чего?
– От того, что их не обманули на крупные суммы денег! – уверенно топнула ногой брюнетка.
– Ах, деньги… Я и забыла о их существовании, – махнула рукой женщина, подойдя к девушке.
Из-за спины Сэли выглянула Азани:
– Знаете, а я согласна с ней. Это мошенники, и с ними нужно бороться.
– О, и ты тут, Азочка? Что ж… Конечно, нужно. Но посудите сами: кого он спас, когда сжег этот склад? Разве это и есть спасение людей от обмана?
– Конечно! А вы его на каторгу! – не унималась брюнетка.
Селентина глубоко задумалась о чем-то своем. Она, напевая под нос что-то, отошла от дверей купе и села обратно за стол, снова взяв в руки чашку. Немного посмотрев в окно, она, не оборачиваясь к сердитым девушкам, спокойно произнесла:
– Главный враг обманутого человека не мошенник, главный его враг – его собственное невежество. Вот ты, Сэли, – вдруг повернулась она, – купила бы пылесос за сто тысяч рублей?
Ответчица на несколько секунд замерла. Сглотнув, она воскликнула:
– Конечно нет! Это же развод!
– Так ответь мне тогда на вопрос: почему он (я говорю об Игнате) не избрал такой метод спасения, как просвещение своего отца? Почему он никогда не говорил с ним о том, как действуют мошенники? А ведь он знал! Знал и молчал. Почему? Потому что их семьи это прежде не касалось. А как коснулось, так, разумеется, ему проще было обвинить в несчастье кого угодно, кроме себя самого. Мошенников, воров, правительство, но только не себя… Это то же самое, что отпустить ребенка самостоятельно перейти автостраду, не объяснив правил дорожного движения. Если малыша собьет машина, кто будет виноват на самом деле? Нерадивая мама или водитель автомобиля?
– Ну… Да… – замялась Сэли. – Возможно, вы в чем-то правы. Но нельзя же предупредить всех самарцев! Остальных он просто спас от обмана!
– Нет, милая, – твердо ответила Селентина и поставила кружку. – Никого он не спас. Этот мошенник, Белов, конечно, немного расстроился, когда узнал, что склад сгорел, но уже через две недели у него был новый. И еще больше прежнего по масштабу.
– То есть… – насторожилась Азани, выглядывавшая из-за плеча своей подруги.
– Именно. Фирма продолжила свою работу. А знаешь, что случилось там, на первом складе? О, позвольте я вам продемонстрирую…
Селентина достала из сумочки планшет, сделала пару свайпов и протянула его экраном вперед. Сэли и Аза увидели видео, на котором мужчина средних лет сидел за каким-то пультом. Вскоре к нему подбежал мальчик лет десяти, судя по всему, его сын. Мужчина посадил его на колени и стал показывать на разные мониторы и кнопки, о чем-то рассказывая с улыбкой. Мальчик с любопытством слушал и тоже тыкал пальчиком в экран.
– Знаешь, кто это? Это охранник того самого склада. У его жены в этот день умерла мама, и она поехала на похороны. Ребенка в ночь оставить было не с кем, и отец взял его с собой на смену.
У Сэли задергалась губа. Она догадалась, к чему клонит госпожа, и ей очень хотелось просто взять и уйти, но ее ноги встали как вкопанные. Более того, она даже не могла отвернуться от экрана.
– Да, это видео сделано за три минуты до пожара. Посмотри еще немного, и ты увидишь, как на этом ребенке будет заживо обугливаться кожа, как он будет молить папу о помощи, не подозревая, что тот уже задохнулся от угарного газа, поскольку был выше ростом. Сейчас, я перемотаю…
– Прекратите! Не надо! – навзрыд крикнула Сэли, выбив планшет из рук Селентины. – Господи, зачем?!
Наступила тяжелая пауза. Азани, которая находилась в таком же оцепенении, нашла в себе силы и обняла подругу.
– …И это не единственные жертвы, – спустя какое-то время продолжила женщина со светящимися волосами. – От пожара также погибли двое пожарных, у которых остались семьи, милый сторожевой пес по кличке Рыжик, с пятнышком на ушке, бабушка троих внуков с астмой, которая жила в девятиэтажке напротив склада (туда шел дым о пожарища), и два бездомных кота на чердаке: серый, со сломанной лапкой, и полосатый, с большими глазами разного цвета.
Эта история так расстроила девочек, что они продолжали обниматься и всхлипывать еще пару минут. Наконец, успокоившись, Сэли, утирая слезы, спросила:
– Госпожа, но почему же вы не сказали об этом Игнату и его брату? Они же теперь ненавидят вас…
– Знаешь, пускай, – улыбнулась Селентина, поднимая с пола разбитый планшет. – Как я и говорила, мы заботимся о вас, душах. Представь, каково бы жилось им, если бы они осознавали то, чем обернулась их месть? Мошенник процветает, старики и дети погибли… Зачем им об этом знать? Пусть они лучше считают, что это я такая нехорошая.
Леди улыбнулась и дала девушкам по конфетке:
– В этом мире все получают то, что они заслужили. И у вас, кстати, не самая печальная судьба. А теперь утрите слезы, идите к ребятам и отдохните. Уже скоро мы прибудем в Дождьвилль, и там вам будет не до перекуров.
