Его трясло. Как он мог не заметить и не почувствовать? Мимо него протащили живого человека в чемодане на ту сторону! Девочку, которая попала в Дарк-Таун не по своей воле и против всех законов. Вряд ли ее кормили едой из черной столовой.
То, что девочка еще жива, он понял сразу. Ведь вечером его ощущения просто кричали ему о том, что с чемоданом не все в порядке. А утром он хотел взять за него плату. На труп бы он так не реагировал. Но он был слишком занят собственными переживаниями и пропустил похитителей.
«Ах я бедный… ах я несчастный… – передразнил сам себя Лев. – Козел ты! Эгоист! Дебил бесчувственный! Только о себе и думаешь!» Он со злости двинул кулаком по стойке и запрыгал от боли, тряся забинтованной рукой в воздухе.
Открылась правая дверь, и в отель вошла Ника.
– Ты что делаешь? – с опаской спросила она.
– Надо было отрубить ее сразу. Проблем было бы меньше, – шипя от боли, пробормотал Лев, разминая кисть, а потом серьезно добавил. – У нас тут есть беда посерьезнее.
– Посерьезнее твоего превращения в оборотня?
– Да. Тут Волков приходил.
Ника фыркнула.
– Нашел проблему! Он просто нарывается. Я разберусь.
– Нет, ты не поняла. Он правильно пришел. Тут двое похитили девочку и протащили ее в чемодане на ту сторону, а я прощелкал. Так вчера устал, что не услышал… не почувствовал, что в багаже еще кто-то есть. В общем, Волков просит помочь.
Ника подпрыгнула и села на стойку ресепшена. Ее тонкие ножки в кожаных брюках и черных полусапожках с небольшим каблучком теперь болтались в воздухе.
Вид у нее был еще более уставший, чем обычно. У Льва аж сердце сжалось.
– В первый раз с таким сталкиваюсь, – сказала она, – дай-ка подумать, есть ли тут для меня дело. Ее кормили в черной?
Лев позвонил Марье Петровне и выяснил, что похитители приходили в столовую по одному и еду с собой в номер не уносили.
– Значит, все-таки нарушение кодекса. Я берусь, – Ника быстро соскочила на пол.
– Я иду с тобой, – твердо сказал Лев.
– Это исключено, – отмахнулась она и направилась к левой двери.
– Нет. Я. Иду. С тобой, – твердо повторил Лев, ловя ее за руку.
– Почему? – она вернулась к нему и заглянула в глаза.
– Считай, что я эгоист и хочу там поспрашивать народ про жрецов или источник.
– А на самом деле? – Ника все еще внимательно смотрела ему в глаза.
– Я пообещал, что найду девочку. Мне это важно. Хоть это… успеть.
Она помедлила, нервно притоптывая ногой.
– А если я не хочу, чтобы ты видел, как я работаю?
– Почему?
Она посмотрела мимо него, сжала зубы, так что на скулах заходили желваки. Потом сказала:
– Ладно. Почему бы и нет. Рано или поздно все равно…
– Вот ее фото и майка. По ней собака вывела полицию к нашей двери.
– Отлично. Тогда пойдем. У нас мало времени. До конца сегодняшнего дня она не доживет.
– Откуда ты знаешь?
– Я могу представить себе только одну причину, зачем потребовалось тащить ребенка на ту сторону. Раба или развлечение можно спокойно найти и в том мире без риска пустить меня по своему следу. А вот кровь земной невинной девушки, что используется в некоторых мерзких обрядах, иначе добыть не так просто. Теперь покажи мне их номер.
В комнате, куда ее отвел Лев, Ника запрыгнула на кровать, совсем как когда-то в номере с трупом, и понюхала подушки.
– Черт! Твой идиотский отель тут полную санобработку, что ли, проводит? Запаха вообще нет!
– Они в дверях на выходе застряли. Все чемодан пропихивали. Высокий там аж весь о дверной косяк обтерся. Там запах мог остаться, – вспомнил Лев.
– Точно.
Ника подбежала и прижалась носом к наличникам у левой двери.
– Склики! – наконец сказала она. – Кожа такая чуть зеленоватая, да?
Лев кивнул.
– И ходят семеня. Одеты были во что-нибудь с длинными полами сзади?
– Они были в плащах почти до пят.
– Это они хвост прячут. Он же им и ходить нормально мешает. Это уже гораздо проще.
– Почему?
– Они обитают только в двух мирах. В Дарк-Тауне и в еще одном, куда я бы предпочла не соваться. Но круг поиска в любом случае сужается. Они не должны были уйти далеко. А теперь пойдем наружу.
Они вышли в темноту потустороннего городка. Ника взяла майку девочки, поднесла к носу, а потом внезапно упала на землю. Так Льву показалось сначала, но потом он понял, что девушка не лежит на мостовой, а зависла над ней, изогнувшись в причудливой позе, держась на носках ног и ладонях. Сейчас она была очень похожа на ящерицу.
Ника несколько раз понюхала землю шумно и как будто бы судорожно втянув воздух, потом подняла лицо, и Лев с удивлением увидел, как между ее губ на секунду высунулся длинный черный змеиный язык, быстро помелькал в воздухе и спрятался обратно.
Он растерянно моргнул. Лев точно помнил, что в те редкие моменты, когда она раньше улыбалась или смеялась, за ее белыми зубками был самый обычный человеческий язык. Он на мгновение зажмурился и помотал головой. Когда он открыл глаза, Ника уже стояла прямо перед ним. Совсем близко. Лев даже вздрогнул от неожиданности. Ее глаза сейчас были желтее обычного.
– И как я тебе такая? – напряженно спросила она, прищурившись.
