К началу 1980-х годов усилиями председателя КГБ Юрия Андропова и его подчиненных диссидентское движение в CCCР было фактически разгромлено. Однако, по мнению «органов», часть несогласных с режимом в стране к тому времени оставалась в церковной среде. Еще до назначения в 1982 году Андропова генеральным секретарем ЦК КПСС, когда Комитет госбезопасности фактически стал основной структурой власти в стране, была выбрана линия усиления борьбы властей с диссидентами в среде верующих. Сотрудники госбезопасности развернули широкомасштабную операцию, называемую ими «социальной профилактикой». Основной задачей в рамках этой операции было уничтожение всех неофициально действующих религиозных групп в СССР — не только православных, но и католических, протестантских, экуменических, теософских, кришнаитских и т. д. У чекистов был широкий набор средств воздействия, но чаще всего они арестовывали руководителей, а остальных запугивали угрозами ареста, обысками, допросами, письмами на работу и увольнениями.
В рамках «социальной профилактики» в ноябре 1979 года по обвинению в антисоветской агитации был арестован Глеб Якунин, бывший к тому моменту одним из соучредителей общественного «Христианского комитета защиты прав верующих в СССР», а в январе 1980 года по аналогичному обвинению был арестован священник Дмитрий Дудко.
После десятимесячного заключения в Лефортовской тюрьме состоялся суд над Глебом Якуниным, который наотрез отказался сотрудничать со следствием. Первоначально приговор Якунину стремились подвести под уголовную статью, вменяя ему в вину якобы имевшие место спекуляцию иконами и сбыт валюты. Но все попытки найти свидетелей и весомые доказательства этих «преступлений» окончились провалом. Отец Глеб не признал себя виновным ни по одному из описанных следствием эпизодов. В результате он был осужден по обвинению в антисоветской агитации, несмотря на то что, по словам нескольких допрошенных свидетелей, Якунин неоднократно призывал своих коллег по комитету избегать антисоветских высказываний. «Никаких просьб к суду не имею, — сказал он в своем выступлении. — Благодарю Бога за ту судьбу, которую Он мне подарил». Всю свою жизнь он оставался бесстрашным борцом несмотря ни на что. Суд приговорил Г. Якунина к пяти годам лагерей строгого режима и пяти годам ссылки.
Отец Дмитрий Дудко в 1981 году под давлением следователей КГБ выступил на телевидении и в газете «Известия» с покаянием в антисоветской деятельности. Он заявил, что «поддался влиянию пропагандистских голосов», расценил «свою борьбу с так называемым безбожием как борьбу с советской властью», отрекся от изготовленных им «клеветнических книг и статей» и как автор запретил их дальнейшую публикацию. Он также сообщил в своем подсказанном чекистами заявлении, что с помощью архиепископа Брюссельского и Бельгийского Василия (Кривошеина)[242] передавал на Запад клеветнические материалы, которые «использовались во враждебной пропаганде против нашего государства», хотя эти показания не соответствовали истине и были отместкой КГБ за телеграмму, ранее направленную архиепископом Василием председателю Президиума Верховного Совета СССР Леониду Брежневу в защиту отца Дмитрия. Свое покаяние отец Дмитрий завершил обращением к «бывшим единомышленникам» с призывом: «Когда есть опасность извне, нам всем нужно объединиться и делать одно дело со своей властью и своим народом, которые даны нам Богом». Уголовное дело против отца Дмитрия было закрыто, но большинство его многочисленных прихожан отвернулись от него. Вступив на путь компромисса с властью, отец Дмитрий нанес тяжелый удар не только себе, но многим верующим и в первую очередь своим ученикам и последователям. Своей предыдущей проповеднической деятельностью и своими книгами отец Дмитрий показывал, что есть путь, отличный от того, по которому идет официальная Церковь, и что этот путь более полезен для Церкви и верующих. Однако полностью отрекшись от всего, что он делал и писал, отец Дмитрий, по сути, показал, что его путь утопичен, а путь Патриархии если и не вполне правилен, то единственно возможен. Такова была трагическая судьба этого замечательного священника, сломленного чекистами.
Примерно с этого времени Комитет государственной безопасности усилил наблюдение за деятельностью отца Александра Меня. Организованные им малые группы для евангелизации и совместной молитвы, распространение религиозной литературы, его огромная популярность в кругах интеллигенции и публикации на Западе стали для властей источником растущего беспокойства. Очевидно, что целью КГБ в этот период была попытка скомпрометировать отца Александра аналогично тому, как был скомпрометирован отец Дмитрий Дудко, и уничтожить его авторитет.
