Любуюсь, как дочкина стройная фигурка красиво входит в воду. Моя школа!
— А ты? — поворачиваюсь к Лизе.
— Я не умею так красиво, — говорит она.
— Чтобы научиться красиво прыгать, надо сто раз прыгнуть некрасиво. Хочешь попробовать?
— Не сейчас. Если можно, я спущусь в воду с купальной зоны.
— Конечно можно, — отстаю, — подожди, я только спущу лестницу.
Она проходит за мной на корму, ждет пока я раскладываю металлическую лесенку. Держится за бортик катера и спускается спиной вперед. Но теряет равновесие и чуть не булькает в воду. В последний момент успеваю поймать девчонку за тоненькую талию.
Надо же, я ебучий везунчик. Сегодня мне уже довелось ее позажимать, когда в катер затягивал. Теперь моя ладонь лежит на ее животе — плоском и бархатистом, и вся моя недавняя операция по минусовой эрекции летит в ебеня.
Где же ты взялась на мою голову, Лиза Золотарева, подруга моей дочки?
Быстро опускаю девчонку в воду, надеясь, что ей сейчас не до моего члена, и она не будет его особо пристально осматривать. Разгоняюсь и перемахиваю через борт, входя в воду строго под намеченным углом. Потому что морская вода сейчас это единственное, чем я могу прикрыться.
Я не могу уснуть. Слишком много эмоций принес день, это были настоящие эмоциональные американские горки. Кажется, меня до сих пор подбрасывает, будто я все еще несусь на сумасшедшей скорости по бирюзовой морской глади.
Закрываю глаза и вижу широкую загорелую руку на моем животе. Она слишком контрастно смотрится на молочно-белой коже. Рука скользит ниже, ложится на тканевый треугольник. На миг замирает и уверенно отодвигает ткань...
В низу живота все скручивается в сладкий узел. Тело непроизвольно выгибается, глухо стону в ладонь, зажимая рот.
Опускаю вторую руку вниз, там так мокро, что пальцы тонут в вязких соках.
— Марат, — шепчу, глубоко дыша, — Марат...
Под пальцами разгорается настоящий пожар. Широко развожу ноги, двигаю пальцами, стараясь делать так, как это делал он.
Он рядом, всего через несколько метров — его спальня на том же этаже, что и наши с Крис комнаты. И это заставляет кровь стучать в висках и пульсировать.
Я так старалась не смотреть, как струйки воды стекали по четко очерченным кубикам его пресса! Но теперь эта картина слишком четко стоит у меня перед глазами.
Полоска жестких волос, уходящая за резинку плавательных шорт. Загорелая кожа, обтягивающая литые мускулы. Черные глаза, которые смотрят в упор.
Низ отдает пульсацией, но это слабый отголосок того, что было с Маратом.
Его запах, твердые, перекатывающиеся под кожей мышцы, язык у меня во рту — это подчиняло, вызывало в теле неконтролируемую дрожь. А без него это просто разрядка, которую я получаю каждый раз, когда о нем думаю.
Я его сразу заметила. Его невозможно не заметить, на него обернулись все женщины, присутствующие в зале ресторана. И я не стала исключением.
Мы с моей напарницей Эмилией обслуживаем большую компанию, засевшую на террасе. Я совсем сбилась с ног, таская тяжелые подносы, но у них крупный чек и, судя по их довольному виду, чаевые обещают быть щедрыми.
Сейчас выдалась свободная минутка, и я, стоя у барной стойки, невольно залипаю на мужчине, который сидит за столиком по диагонали. Слишком яркая внешность. Я бы сказала, хищная. Начиная со взгляда и заканчивая позой.
Она кажется расслабленной, но почему-то кажется, что это видимое спокойствие. Мышцы под белоснежной рубашкой напряжены, черные колючие глаза время от времени бросают цепкие взгляды по сторонам.
Его спутник сидит спиной, изучает меню. Оборачивается, делает знак администратору.
— Лиз, обслужи тех двоих, — Джейк чуть заметно кивает в сторону мужчин.
Оборачиваюсь в сторону террасы. А как же компания?
— Эмили их рассчитает, — админ перехватывает мой взгляд, — живее!
У нашем ресторане чаевые делятся между всеми официантами, барменом и администратором поровну, так что я свое уже заработала.
Подхожу к столику, навешиваю на лицо приветливую улыбку. Хотя у самой начинают дрожать коленки.
Мысленно на себя прикрикиваю. Вообще-то я не трусиха. Да, для меня проблема заговорить с незнакомыми людьми, но это посетители. С ними не обязательно разговаривать, нужно просто принять заказ. Я здесь почти освоилась.
А сейчас все как впервые. Или это потому, что тот красивый мужчина слишком пристально на меня смотрит? Чувствую себя букашкой, которую изучают под увеличительным стеклом.
— Вы готовы сделать заказ? — я даже голос свой не узнаю. Но мужчина молчит, отвечает его спутник.
Он выглядит старше, восточные черты ярче выражены. И судя по виду, платежеспособностью мужчина не уступает приятелю. А значит есть шанс получить неплохие чаевые.
Хотя не факт, они вполне могут оказаться жлобами.
Тот, что постарше, делает заказ, его спутник просит кофе. Уношу заказ на кухню, и уже оттуда слышу выстрелы.
— Прячьтесь, там разборки бандитские, — в кухню влетает Эмилия. Начинается паника.
У меня от страха потеют ладони. У нас приличное заведение, какие еще разборки?
— Полицию вызвали? — спрашиваю напарницу.
