От этой пощёчины брови Шираэн удивлённо приподнялись, рот чуть приоткрылся. Она не привыкла чтобы кто-либо когда-либо говорил с ней в подобном ключе, ибо слишком велико было почтение к мастеру её уровня и таланта. Но бог чуть отпустил самообладание, ненадолго перестал сдерживать астральные отсветы собственного естества — и Шираэн почувствовала, как всё вокруг напитывается жаром. Материальный мир отзывался на присутствие Туарэя, металл грелся, воздух становился сухим и царапал горло, а жар всё нарастал, вот уже текущий градом пот начал испаряться прямо с кожи и слегка помутнело сознание, всё вот-вот воспламенится… Всё прекратилось. Когда потусторонний жар ушёл, ей, да и гномам стало почти что холодно, хотя в цеху всегда было душно и жарко.
— Не забывай, кто перед тобой, чародейка. Никогда не забывай.
— Не забуду, — хрипло шепнула Шираэн, чувствуя, как трескаются пересохшие губы. — Белый орк, вы сказали, мой…
— Повелитель. Для жречества и обычных смертных я — бог, для Верных — лидер, носящий империй высшей военной власти, — над рогами Туарэя проявился и пропал огненный венок, — а для тебя я буду повелителем.
— Поняла, повелитель.
— Теперь к делу, которое меня сюда привело. Та машина, что концентрирует гурхану из реальности, где она установлена?
— Сейчас она внизу, повелитель, — ответила Шираэн отстранённо, не глядя на бога, — в порту.
— Как скоро ты сможешь построить новые?
— Новые? Сколько?
— У меня за плечами несколько сотен драконов, которые не могут выдыхать белое пламя пока не напитаются гурханой. Эту нехватку можно восполнить и альтернативным способом, но я не думаю, что тебе понравится, если мы устроим охоту за магами и будем вырывать им сердца.
Она вздрогнула, представив себе.
— Как приятно, что моему повелителю небезразлично моё мнение.
«УБЕЙ ЭТУ ДЕРЗКУЮ ВШУ!!!»
«Ты совершил много шагов по пути превращения в чудовище, прошу, воздержись от ещё одного».
Туарэй с усилием подавил ревущую ненависть у себя в сердце, несколько раз глубоко вздохнул, выпуская из ноздрей дым и искры. Он заговорил на бреоникийском, который Шираэн, как выпускница Хрустальной Арки, не могла не знать; зато гномы вряд ли понимали этот язык.
— В отличие от тех незримых богов, что обитают «где-то там» и не могут быть поругаемы смертными, я — бог во плоти, я здесь, меня можно коснуться, а значит, в меня можно плюнуть. Разумеется, не безнаказанно, однако, всегда найдётся отчаянный фанатик, мечтающий превратиться в символ и послужить вдохновением для мятежного духа многих. Чтобы такой фанатик не появился, должен быть бесконечный почёт и священный ужас перед Огненным Столпом, Подпирающим Небеса. Чтобы не пришлось потом давить дух сопротивления, убивая тысячи.
Шираэн слушала молча, крепко сжав губы.
— Или ты предпочла бы увидеть, как я выжигаю этих гномов, но зато не получить выволочку? Я мог бы.
— Нет! — не сдержалась она и продолжила уже тише: — Прошу, повелитель, не нужно.
— Я мог бы, но не стал, потому что мне действительно важны твои мысли и чувства, Шираэн, — терпеливо закончил Туарэй и перешёл обратно на вестерлингву: — Сколько времени уйдёт, чтобы собрать новые машины? Я не тороплю, потому что знаю, какой тщательности и каких затрат стоит качественный артефакт. Но машины нужны как можно раньше. Вскоре мне понадобятся новые техноголемы, как можно больше, а моим Верным необходима кристаллизованная гурхана. Сами они будут поглощать её из атмосферы слишком медленно, годами, возможно.
Волшебница заставила себя смотреть богу в глаза, хоть его ответный взгляд и оставлял на сетчатке белые пятна.
— Думаю, за месяц я смогу выковать новый конденсатор гурханы и собрать кристаллизатор достаточной мощности.
— Тогда даю тебе полтора месяца, чтобы точно хватило. Вся моя казна, все ресурсы в твоём распоряжении. К тебе будет приставлен легионер, не только для охраны, но и для связи со мной и легатом. Все запросы будешь передавать через него.
Было видно, что Шираэн хотела отказаться от «надсмотрщика», но она уже начала понимать, каков её нынешний наниматель, что он будет терпеть, а что — нет.
— Слушаюсь. Э… повелитель, прежде чем вы уйдёте… белый орк, я хорошо помню его. А что…
— Сегодня в город прибыла Верховная мать Самшит, глава моего культа — сказал Туарэй, — вы знакомы, я слышал.
— Да, и с ней одноглазый наёмник…
— Она наверху, — продолжил он, — устанавливает связи с новыми верующими. Думаю, твоя просьба о встрече будет удовлетворена, Самшит ответит на все вопросы… или на те, которые сочтёт стоящими ответов.
С этим он покинул территорию фабрики и полетел к ближайшим вратам, ведшим за пределы подземного Охсфольдгарна. Он думал, что нашёл существо, которое смог бы призвать извне и не убить своей испепеляющей энергией.
