Скажем, мой брат Хэнки, умеет направлять сознание в самые нижние миры, лежащие за сферой снов, в сердцевину области тьмы, где оно блуждает, встречаясь с тенями и отражениями глубинных миров. Отец заключает сознания, освобожденные Хэнки, в своеобразные коконы, за пределами которых для этого сознания как будто ничего не существует. Хэнки и сам похож на тень, он весь темный и наполовину прозрачный. Кстати, он демон, а я человек. У моих родителей вообще нет двух похожих детей. И довольно часто у них рождается представитель еще неизвестной в мире расы. Другой мой брат Баргим - карлик. Он помещает освобожденное сознание в собственное хранилище, куда наш отец заглядывает только изредка, когда ему оказывается нужен кто-то из уже не живущих. Кстати, именно Баргим забрал сознание моего предшественника и освободил для меня место перевозчика на пограничной реке.
Мое имя Крит. И если вы читаете эту рукопись, значит, именно я приду к вам однажды, и именно я освобожу вас от бремени жизни.
- Эйя! - и я обнял ее крепко-крепко.
- Где ты был все это время, Крит?
Эйя была совершенно особенной среди нашей родни. В каждой семье есть женщина, которую окружающие воспринимают как источник чистоты, красоты и порядка. Именно такой она и была для всех нас. Я любил и люблю ее всем своим сердцем. Мне достаточно одного ее присутствия рядом со мной, чтобы я чувствовал всю полноту бытия. Пожалуй, она была единственным созданием, которое ни с кем не враждовало. А ко мне она всегда относилась по-особенному. Может быть, вследствие того, что я был самым преуспевшим учеником в управлении вероятностью.
- Ты будешь смеяться, Эйя. Я работал перевозчиком на пограничной реке. И я ничего не помнил ни о себе, ни о тебе, ни о нашей семье. Я даже не знал своего имени, пока не увидел тебя.
- Я искала тебя по всем Икс-Зонам! Но никогда не думала, что ты окажешься в неизменяющемся мире.
- Мой брат Баргим навещал меня там. Так что кое-кто из семьи прекрасно знал, где я обитаю.
- Я ничего не знала.
- Может быть, тебе известно, из-за чего я вынужден был исчезнуть?
- Нет. Отец запретил разговаривать о тебе. Ты просто вычеркнут из его сердца. Я до сих пор не знаю, что произошло. И другие сойкеро хранили молчание.
Мои спутники присели у подножия колонны, видимо, чувствуя, что наш разговор будет долгим. Я заметил это их движение и повернулся к ним.
- Сестра, позволь я представлю тебе тех, благодаря кому я оказался на этом пути. Это Моргульский, который идет к Матери Ветров, а это Лаэрций, он ищет свою подругу, демонессу Анфису, чтобы вернуть ее обратно, на противоположный берег. Знакомьтесь, это ангел Эйя, моя сестра.
Мои спутники поклонились. Моргульский - с изяществом прирожденного танцора, Лаэрций - неуклюже и явно подражая Моргульскому.
- Морталия говорила мне, что ее освободила из плена демонесса Анфиса. Уж не ее ли ты ищешь, Лаэрций? - спросила Эйя, даря седому демону ослепительную улыбку.
- Может быть. Я очень хочу ее вернуть, - сказал седой демон, и его голос стал хриплым.
- Давайте-ка я позабочусь о том, чтобы вас накормили с дороги, - Эйя подозвала к себе девушку-ангела и что-то сказала ей на ухо.
Та кивнула головой и побежала вглубь здания, иногда подлетая вверх на своих крыльях и огибая колонны.
- Пойдемте следом, - сказала Эйя. - Пока мы придем, все уже будет готово.
- Давно ты обнаружила это место? - спросил я.
- Пока искала тебя. Мне понравился этот вариант мира. Я стараюсь, чтобы он оставался неизменным.
- Почему же ты не стала королевой? Или чем-то вроде этого?
- Мне это скучно. Я переболела королевской болезнью задолго до твоего рождения. Тебе еще многое нужно вспомнить, Крит.
Передо мной ярко вспыхнули воспоминания, в которых я был еще ребенком, а Эйя, уже взрослая, такая же сногсшибательно красивая, обучала меня разным хитростям, связанным с управлением вероятностью.
- Как я мог забыть обо всем! - воскликнул я. - Это из-за Отца. Он приказал мне забыть.
- Но чем же ты провинился перед ним?
- Я вернул в мир живых сознания тех, у кого отнял жизнь.
- Зачем? - она остановилась и всплеснула руками.
- Спроси лучше не "зачем?", а "как?". Я создал пазиру. Вот эту. Она оживила их всех, когда я пробудил ее. Побочный эффект. Я не для этого ее делал. Мне кажется, я создал семя, из которого можно вырастить новую вселенную. Я не сказал отцу о своем изобретении, а просто стал использовать его. Пазира исполняла все мои желания, стоило мне прикоснуться к ней. Я захотел создать собственный мир, в котором радость и счастье были бы основными качествами бытия. Отец узнал о моих действиях, потому что они породили мощный Ветер, изменяющий зоны слишком необычным способом. Тогда он явился передо мной и заставил прервать эксперимент. Только и всего.
- Я начинаю понимать. Когда ты обучался у меня управлению вероятностью, мы обсуждали с тобой теоретическую возможность создания такой пазиры. Теперь ты сумел сделать ее.
