– Ты вчера говорил что-то про маму. Про твою. Сказал, что отец лишил тебя ее. Разве это так? Ты ведь после их развода остался с ней, – захожу аккуратно.
Губы Багирова-младшего недобро поджимаются.
– Он стал причиной ее смерти. Причем он знал, что рано или поздно этим все закончится, но демонстративно игнорировал. И ее не стало. Кто, если не он?!
В голову закрадывается мысль про наркотики, но спросить напрямую я не решаюсь. Да и взгляд Руслана становится каким-то диким, необузданным, стоит зайти речи про его мать.
– Прости, если затронула болезненную тему. Не знаю как насчет твоей мамы, но тебя отец точно любит. И не игнорирует.
– Да уж! – шипит с ненавистью. – Так любит, что я сыт по горло его заботой. Лишать меня всего того, что мне дорого, – наивысшая точка его любви. Ты не знала? – И, не дожидаясь моей реакции, продолжает: – Он никого никогда не любил. Факт. Вся его мнимая забота обо мне – не что иное, как желание сохранить и приумножить активы, посадить своего человека за руль. Больше денег, больше! Думаешь, его что-то, кроме них, интересует? Ничего! Ни бабы, ни семья, ни друзья. Я никогда не видел его с женщинами, а они вокруг него как мухи на говно. Может, конечно, и трахает их по очереди в своем офисе, но явно дальше одного-двух перепихонов дело не заходит, – выводит смачно.
А я в красках представляю эту картину. В словах Руса наверняка есть доля правды. Марк не импотент, я это на себе проверила, а значит, мужская природа в любом случае требует свое. Где-то с кем-то он все равно находит секс. И если девушки, с которыми он знакомится в барах или ресторанах, не в курсе о его статусе, доходах, то на работе все всё прекрасно знают. И вряд ли среди нет искательниц хорошей жизни. Тем более что внешние данные у Багирова-старшего ого-го. С таким не стыдно и в мир, и в пир, и на первую полосу новостей.
От всех этих мыслей на душе становится тошно.
– Допустим, – не пытаюсь спорить. – Но я здесь при чем? Зачем я тебе нужна в Испании, если надумал уезжать?
Я спрашиваю безо всякого интереса. На самом деле мне все равно, какие цели движут Русланом, но поддерживать диалог приходится.
– Я хочу отношений. Настоящих. Искренних.
«А при чем тут я?4» – хочется кричать чаечкой. У нас ничего, кроме дружбы, не было.
– Почему со мной?
– Не знаю, – смущаясь, совсем как пацан, жмет плечами. – Ты другая. Не такая, как почти каждая даже не вторая – первая встречная. Ты вон сохранила себя до сих пор нетронутой. Учишься, помогаешь родителям выкрутиться из долгов, жертвуешь собой, не пьешь, не куришь, не шляешься по ночным клубам. – На этом моменте я давлюсь чаем, но Руслан, не обращая внимания, продолжает: – Мне хорошо с тобой. Я поэтому и не давил. Давал тебе время привыкнуть ко мне, узнать получше.
– А как же твои слова про измены и про то, что ты не собираешься от них отказываться? – напоминаю ему.
Багиров-младший морщится, как от зубной боли.
– Я правда так думал поначалу. А потом… – он странно замолкает, словно ему больно говорить.
– Что потом? – переспрашиваю мягко.
– У товарища недавно диагностировали ВИЧ, – отвечает глухо. – Молодой пацан, моложе меня. А теперь все, вся жизнь коту под хвост. А у другого, который женился год назад и завязал с гулянками, все отлично. Сын родился, ходили к нему отмечать. Он такой счастливый, что я позавидовал. Никогда о детях не думал, а тут со стороны посмотрел и сам захотел: сына, жену, дом. Чтобы с одним партнером, чтобы вот так, как у него. Чтобы по-настоящему.
Он произносит последнюю фразу так, что мурашки идут по коже. И взгляд наконец-то теплеет, оттаивает. Всего несколько корявых фраз, а меня пробирает.
Теперь понятно, что так повлияло на него, отчего он вдруг решил жениться по-настоящему. И почему именно на мне.
– Кхм, – только и нахожу что ответить.
На несколько минут мы погружаемся в молчание. Я медленно дожевываю печеньку, допиваю чай.
– Ну так что скажешь? Ты поедешь со мной? – с надеждой спрашивает Рус спустя какое-то время.
С таким трепетом ожидая моей реакции, что на мгновение я чувствую себя последней тварью. Потому что прямо сейчас мне придется его разочаровать.
– Нет, – качаю головой. – И настоящей семьи у нас с тобой тоже не получится. Прости, Рус, но я не люблю тебя. И ничего искреннего у нас не выйдет.
– Хорошо то, что хорошо кончается! – салютует мне Натаха бокалом.
Я чокаюсь с ней своим стаканом сока и, улыбаясь, выпиваю до дна. Сегодня действительно хороший день. Мама с Тимуром позавчера вернулись домой, на улице весь день светило солнышко после затяжного осеннего дождя, Ната влюбилась и теперь вся светится, как новогодняя елка.
И у меня на редкость отличное настроение.
– А как твои родители воспримут новость, что дочь влюбилась в простого бармена? Думаешь, одобрят? – подкалываю ее беззлобно.
– Почему в простого? В самого лучшего! Вот ты зря, кстати, отказалась от коктейлей. Он знаешь как их готовит?