Явление гипноза показало, что внедрение какой-либо идеи в сомнамбулическом состоянии может привести к ее автономному развитию и последующей материализации этой идеи в форме выполнения постгипнотического внушения. Первые магнетизеры восхищались этим фактом, который хорошо вписался и в тогдашнюю динамическую ассоцианистскую теорию Гербарта в Германии и философию Ларомигьера во Франции.87 Это совершенно естественно привело к предположению, что и некоторые болезненные симптомы могут происходить от идей, внедренных в разум посредством какого-либо вида внушения. Это идея развивалась во второй половине девятнадцатого века. Льебо писал в 1873 году:
Та или иная мысль, вызванная во время искусственного сомнамбулизма, становится навязчивой и остается бессознательной после пробуждения... Мы видим, как она продолжает развиваться по своим законам, импульсно, и это развитие ничто не может остановить, несмотря на текущую умственную деятельность. Более того, пока разум занят повседневными заботами, которые субъект выполняет сознательно и по собственному желанию, некоторые из идей, внушенных в предыдущем пассивном состоянии, продолжают свое скрытое движение. Ничто не может помешать их фатальному развитию...88
Шарко, в своей лекции на тему истерического паралича, прочитанной в мае 1885 года, упомянул:
Хорошо известно, что посредством внушения, ... идея, связанная группа объединенных идей сами поселяются в разуме как паразиты, оставаясь изолированными от остальной части разума и проявляя себя вовне посредством соответствующих двигательных явлений... Группа внушенных идей обособляется и становится оторванной от контроля того обширного собрания личных идей, аккумулированных и организованных еще с давних пор, идей, собственно и составляющих сознание, то есть Эго.89
Шарко приходит к выводу, что развитие истерического паралича происходит по той же самой схеме, хотя и осуществляется спонтанно. Это было началом появления представления о том, что маленькие, разрозненные фрагменты личности могут незаметно продолжать собственное развитие и проявляться через клинические расстройства. Жане назвал этот явление подсознательной навязчивой идей и заявил:
Пришлось бы пройти через все виды душевных патологий и часть патологий физических, чтобы показать нарушения, вызванные идеей, исключенной из личного сознания....Эта идея, подобно вирусу, развивается в той части личности, которая недоступна ей как субъекту, эта идея работает подсознательно и является причиной всех расстройств истерии и душевных болезней.90
Позднее, когда Юнг выявил то, что обозначил как «комплекс», он приравнял его к понятию, которое Жане в свое время определил в качестве «подсознательной идеи фикс» (idee fixe subconsciente).
Старая концепция воображения, которую Месмер отбросил и заменил флюидической теорией, на протяжении девятнадцатого века считалась устаревшей. Однако когда, в свою очередь, отвергли теорию флюидов, необходимо было найти новое объяснение многочисленным и загадочным появлениям, исчезновениям и метаморфозам явлений, обнаруженным у загипнотизированных пациентов, истерических пациентов и при магнетических болезнях. Старый термин «внушение» встретился с новым, более предпочтительным понятием самовнушения, и оба они стали обозначать все то, что ранее скрывалось под понятием воображения.
К концу девятнадцатого века, магнетизеры и врачи стали обращать повышенное внимание на то, что среди истерических и гипнотизируемых индивидов наблюдается более или менее осознанная тенденция симулировать все виды симптомов и (провокативно) создавать ситуации, в которые они пытаются вовлечь гипнотизеров и врачей. Слово «мифомания» (патологическая склонность к выдумкам), которое позднее вве Дюпре, стали применять к огромному количеству истериков. В действительности, мифоманию можно рассматривать как отдельный аспект более широкой концепции мифопоэтической функции бессознательного. За исключением нескольких блестящих исследований, таких как исследование Флурнуа его медиума Элен Смит, этой мифопоэтической функции - как она того заслуживала - не уделили должного внимания, и достойно сожаления то, что новая система динамической психиатрии еще не восполнила этот пробел.
Девятнадцатый век оказался эрой великой психотерапии. В 1803 году Рейль в своей книге «Rhapsodien», представил законченную программу психотерапевтических методов для лечения душевных болезней. В таких странах, как Франция, Англия и Соединенные Штаты с разной степенью успеха применялись разнообразные методы моральной терапии. Магнетизеры и гипнотизеры отдавали много сил, чтобы лечить нервные болезни и физические недомогания.
Месмеровская терапия, магнетизирование с использованием пассов, имела своей целью вызвать (спровоцировать) кризис. Как мы уже видели, этот кризис одновременно являлся выявлением симптомов и первым шагом к их искоренению. Он действительно являлся одним из способов, который мы сегодня называем очищающей или катартической (cathartic) терапией.
