В этот поворотный момент возникло имя одного из великих пионеров, Вильгельма Гризингера (1817-1869), представителя психиатрии середины века. В 1845 году он опубликовал учебник по психиатрии, после чего провел несколько лет в Египте в качестве директора службы общественного здоровья и личного врача Хедива.169 После возвращения в Европу Гризингер становится в 1860 году первым директором только что основанного университетского госпиталя для душевнобольных в Цюрихе - Бургхольцли. В 1867 году он во второй раз опубликовал с значительными добавлениями свой учебник по психиатрии, который стал образцом учебника по этой науке для целого поколения врачей. Гризингера часто считали человеком, который одержал победу Тела (Somatiker) над Психикой (Psychiker). Он действительно провозгласил, что «душевные болезни являются болезнями мозга», и ожидал, что тайна душевного расстройства будет раскрыта с помощью прогресса мозговой анатомо-патологии. Он также ввел психологическую концепцию рефлексов в теорию душевных болезней. И тем не менее Гризингер не был лишь исключительно «соматиком». Он применял в психиатрии концепцию динамических ассоциаций Гербарта и сохранил многие принципы «психического». Недавние исследования неожиданно выявили, до какой степени Гризингер был представителем динамической психиатрии.170 Он заявил, что самая значительная и наиболее важная часть психических процессов является бессознательной. Он перенял и развил концепцию Психического о патогенетической роли эмоций и таким образом объяснял психогенез навязчивых идей. «Почти все навязчивые идеи по существу являются выражением фрустрации или неудовлетворенности чьего-либо эмоционального интереса», так что в некоторых случаях терапия может опираться только на выяснение того, что лежит в основе психических состояний. Гризингер также развил целую эго-психологию. Деформации эго могут произойти в результате деятельности неассимилированных групп представлений, которые затем могут воспринять эго как нечто чужое и войти с ним в конфликт. Гризингер таким образом оказался на распутье большинства психиатрических направлений девятнадцатого века - мозговой анатомо-патологии и нейропсихиатрии, клинической психиатрии и динамической психиатрии. Более того, он был хорошим организатором госпиталей для душевнобольных, и его часто считают основателем университетской психиатрии; после него ведущие специалисты в области психиатрии, по необходимости, становились университетскими профессорами. И наконец, Гризингер ознаменовал новую эру господства немецкой психиатрии над французской. До 1860 года французская психиатрия имела такой авторитет, что большинство историй болезней, приведенных в учебнике Гризингера, были заимствованы у французских авторов.
Последователи Гризингера, врачи, такие как Вестфаль, Мейнерт и Вернике, переняли и развили его органический подход к душевным болезням, но, по-видимому, остались слепы к той части его учения, которая касалась динамической психологии. Новому синтезу органической и динамической психиатрии предстояло осуществиться только много позднее, благодаря дальнему последователю Гризингера в Бургхольцли, доктору Юджину Блейлеру.
В то же самое время, существовала и официальная психиатрия невроза, которая в большей части практиковалась неврологами (в связи с тем, что пациенты сопротивлялись тому, чтобы психиатры помещали их в клинику). В течение девятнадцатого века в этой сфере психиатрии также произошли некоторые важные изменения, самым значительным из которых подвергся сам невроз. К тому времени одержимость дьяволом пропала, хотя отдельные случаи все еще можно было наблюдать (как мы видели в главе 1, случаи Готтлибена Диттуса и пастора Блумхардта), а два вида невроза, типичные для восемнадцатого века быстро сошли на нет.
