Третье положение системы Месмера заключалось в аналогии, которую Месмер проводил с открытиями своих современников в области электричества. Месмер предполагал, что открытые им флюиды также имеют полюса, токи, разряды, проводники, изоляторы и аккумуляторы. Его baquet, инструмент, с помощью которого он концентрировал флюиды, на самом деле представлял собой имитацию лейденской банки. Он также учил, что флюиды делятся на положительные и отрицательные и что они нейтрализуют друг друга, - предположение, которое его последователи решительно отвергали.
Четвертым положением доктрины Месмера была теория кризиса, которая, по-видимому, была заимствована из практики Гасснера. Гасснер верил, что кризис является свидетельством одержимости, равно как и первым шагом в процедуре экзорсизма. Для Месмера кризис был искусственно полученным доказательством наличия болезни и средством ее излечения. Кризисы, как он утверждал, имеют в каждом случае свою специфику: у астматика это приступ астмы, в то время как у эпилептика - эпилептические конвульсии. Если у пациента несколько раз подряд спровоцировать кризис, то приступы каждый раз становятся слабее и слабее, пока, в конце концов, они не исчезают совсем, и не наступает выздоровление.
Эти основополагающие моменты, которые Месмер пытался синтезировать в своей доктрине, привели к тому, что он сказал свой знаменитый афоризм: «Существует всего одна болезнь и один способ ее вылечить». Ни одно лекарство или же терапевтическая процедура сама по себе никогда и никому не помогла - исцеление достигалось исключительно посредством магнетизма, хотя врачи даже и не знали об этом. Животный магнетизм теперь предоставит человечеству универсальное средство для лечения и предотвращения абсолютно всех болезней, и тем самым «приведет медицину к небывалому уровню совершенства».
Эгоцентризм Месмера позволял ему полагать, что медицинские школы спокойно воспримут теорию, которая отменяет все те знания, которые человечество накопило со времен Гиппократа, и сделает профессию врача ненужной. Неудивительно, что тот тип терапии, который исповедовал Месмер, был настолько же чужд медицине того времени, насколько последняя была чужда Месмеру. Месмер не использовал никаких лекарств, кроме магнитной воды. Он обычно садился перед пациентом, при этом его колени должны были касаться колен пациента, и держал пациента за большие пальцы рук, глядя ему прямо в глаза; затем Месмер дотрагивался до его подреберной области («ипохондрии») и начинал делать пассы руками над конечностями пациента. У многих из них появлялись необычные ощущения или начинался кризис. Это должно было принести выздоровление.
Метод коллективного лечения Месмера был еще более необычным. Английский врач Джон Грив, посетивший Париж в мае 1784 года, в своем письме описал визиты в дом Месмера, при этом он обращает внимание на тот факт, что он ни разу не встретил там менее двухсот пациентов.32
Я пришел в его дом на следующий день и собственными глазами видел, как Месмер работает со своими пациентами. Посреди комнаты стоит сосуд, высотой примерно полтора фута, который все называют baquet. Он настолько велик, что вокруг него могут легко уместиться двадцать человек: в краях крышки сосуда проделаны отверстия, количество которых равно числу людей сидящих вокруг него. В эти отверстия вставлены металлические прутья, загнутые под прямым углом и разные по длине, так как они предназначались для разных частей тела. Кроме этих прутьев, между baquet и одним из пациентов была протянута веревка, которая от него шла к следующему и так по всему кругу. Наиболее ощутимое воздействие наблюдалось при приближении Месмера, который, как утверждали, посылал флюиды руками или же глазами, не дотрагиваясь при этом до пациентов. Я беседовал с несколькими из тех, у кого Месмер вызывал конвульсии, а затем прекращал их движением руки...
Все в комнате, где Месмер работал с пациентами, было устроено так, чтобы усилить его воздействие: огромные зеркала должны были отражать флюиды, а музыканты играли на магнетизированных инструментах. Сам Месмер иногда играл на своей стеклянной губной гармонике звучание которой многих людей просто обескураживало. Затем наступала тишина. Через некоторое время у некоторых из них появлялись необычные телесные ощущения, а тех, у кого начинался кризис, Месмер и его помощники относили в chambre des crises (комнату для кризисных больных). Иногда кризис волной переходил от одного пациента к другому.
Но еще более необычным методом лечения было магнетизированное дерево, что-то вроде коллективной терапии для бедных вне стен дома Месмера.
Описанные выше терапевтические процедуры казались столь экстравагантными, что мало кто из врачей мог поверить в то, что Месмер не шарлатан. Возросшее негодование со стороны медиков можно объяснить невероятным успехом Месмера и огромными гонорарами, которые он требовал со своих знатных и богатых клиентов.
