Решением Городского Совета Вены от И июля 1930 года Альфреду Адлеру было присвоено звание Гражданина Вены «в признание больших научных заслуг и в связи с шестидесятилетием»55. На торжественной церемонии председательствовал мэр города Карл Зейц56. По сообщению Филлис, мэр в своем приветствии назвал Адлера достойным учеником Фрейда, чем глубоко задел его. Она сообщает и о другом неприятном инциденте, происшедшем в том же году в Нью-Йорке: не сообщив ему о предпринятой им инициативе, один из приверженцев выдвинул Адлера на должность штатного профессора Колумбийского университета, что университетская администрация сочла преждевременным. Узнав об этом, Адлер возмутился и ушел из университета. В 1932 году он начал преподавать в Медицинском колледже Лонг Айленда. К этому времени у него были и другие заботы; некоторые из его левых сторонников настойчиво утверждали, что индивидуальная психология является марксистской дисциплиной.
В 1934 году в Австрии была запрещена социал-демократическая партия. Зловеще нависала угроза нацизма. Адлер предвидел катастрофу, которая вскоре должна была разразиться над Европой, и полагал, что судьба индивидуальной психологии зависит от возможности ее перенесения в Северную Америку. Основанный им журнал «Journal for Individual Psychology» выходил на английском языке. Адлер переехал в Америку и тяжело заболел. Узнав, что он смертельно болен, жена и дочь Александра приехали, чтобы ухаживать за ним. Он выздоровел, и с этого времени все семейство поселилось с ним в Америке.
-207-
Генри Ф. Элленбергер
24 февраля 1937 года, после длительных переговоров, дом в Сал-маннсдорфе был продан57. С 24 мая по 2 августа 1937 года у Адлера было запланировано проведение лекций и конференций в Англии. Однако он испытывал глубокое беспокойство по поводу исчезновения в России своей старшей дочери Валентины. На пути в Англию он прочел лекцию в Гааге для Ассоциации по изучению ребенка. В тот же вечер он позвонил своему другу, д-ру Иоосту Мерлу, и сообщил ему о болях в сердце, связанных, по всей вероятности, с грудной жабой (стенокардией). Д-р Мерлу приехал к нему с кардиологом. К этому времени боли исчезли, но кардиолог посоветовал провести тщательное кардиологическое обследование и рекомендовал отдых58. Однако уже на следующий день Адлер отправился в Англию. Через четыре дня, утром в пятницу 28 мая 1937 года, он упал на улице г. Абердина и скончался по пути в больницу в машине полицейской скорой помощи. По приглашению Абердинского университета 1 июня в присутствии нескольких членов семьи, представителей Городского Совета и научных обществ в церкви Королевского колледжа прошла церемония прощания. Тело перевезли в Эдинбург и кремировали в Уарристонском крематории. Провел церковную службу и произнес прощальное слово на немецком языке д-р Ронге из голландской Группы по Индивидуальной Психологии59.
Личность Альфреда Адлера
Трудность оценки личности Альфреда Адлера связана с противоречивостью отзывов современников и с изменениями, происшедшими в нем на протяжении жизненного пути.
Самые первые свидетели описывают болезненного ребенка, затмеваемого блестящим старшим братом, в дальнейшем - не очень преуспевающего студента. Далее пред нами появляется пламенный социалист и умелый врач, интересующийся социальной медициной. В период сотрудничества с Фрейдом перед нами оказывается активный, но крайне чувствительный и раздражительный человек. Д-р Альфонс Медер, встречавшийся с ним в марте 1910 года в Нюрнберге, пишет:
После того, как я закончил читать доклад, Адлер подошел ко мне и, перебирая пуговицы моего жилета, принялся объяснять мне свои идеи... В его манерах было что-то неприятное... Он был своеобразен, некрасив и полностью лишен обаяния60.
-208-
8. Альфред Адлер и индивидуальная психология
Война оказала на него сильное влияние. Джонс говорит об этом так:
Адлер произвел на меня впечатление угрюмого, придирчивого человека, порой сварливого, порой мрачного. Он был полон амбиций, постоянно спорил, доказывая приоритет своих идей. Однако встретив его через много лет, я заметил, что успехсделал его добрее61.
Все в большей мере он становился апостолом идеи, означавшей для него единственную надежду на спасение, пропагандируя которую он работал до изнеможения.
Индивидуальные психологи часто пытались понять Адлера исходя из разработанного им метода, то есть истолковывая его ранние воспоминания и анализируя его положение в семейном кругу.
Одно из моих первых воспоминаний: я сижу на скамеечке, перебинтованный из-за рахита, а мой здоровый старший брат сидит напротив^меня. Он мог бегать, прыгать, легко двигался, а от меня каждое движение требовало напряжения и усилий. Все изо всех сил старались помочь мне, отец и мать делали все, что было в их силах. Это воспоминание относится ко времени, когда мне было около двух лет62.
