Австро-Венгрии больше нет. Я не могу жить в другом месте. Эмиграция для меня исключается. Я буду жить в ее оставшейся части, воображая, что это целое.
В заключение Фрейд заметил, что эта страна могла заставить человека умереть от ярости, но в ней он с радостью закончил бы свои дни.
В Вене, посреди бедствий, существовало несколько человек, которые пытались сделать все возможное в этих условиях; они были озабочены спасением молодежи и изобретением новых методов воспитания и обучения людей.
Между двумя мировыми войнами. Ноябрь 1918 - сентябрь 1939
После завершения войны Франция и Англия оказались истощены своей пирровой победой, Россия стала добычей революции и гражданской войны, а центральная Европа была охвачена голодом и отчаянием. Миллионы людей сражались в убеждении, внушенном коварной пропагандой, что они сражаются на последней войне, которая ведется ради установления вечного мира и демократии. Но политики, которые не смогли предотвратить войну или прекратить ее, когда она началась, не смогли и обеспечить длительный мир; и через двадцать лет после Первой Мировой войны разразилась Вторая Мировая война. Промежуток между войнами был отмечен бесчисленными изменениями, также наложившими свой отпечаток на развитие динамической психиатрии.
-502-
_________10. Подъём и становление новой динамической психиатрии____________
Люди с нетерпением ожидали обещанного мира, который должен был установить новый порядок под эгидой Лиги Наций. Но мирные договоры были заключены в манере, резко отличавшейся от существовавших на Западе традиций. Венский Конгресс, на котором в 1815 году, после Наполеоновских войн, был подписан длительный мир, предоставлял побежденной Франции на время переговоров равные права. Договоры 1919 года не допускали к переговорам побежденные страны; более того, Германию вынудили признать свою вину; это было неслыханным требованием в истории дипломатии. Не удивительно, что народы центральной Европы, возлагавшие такие надежды на президента Вильсона, пришли в ярость; и если Фрейд испытывал непреодолимое отвращение к президенту Вильсону, то он всего лишь разделял чувство, получившее широкое распространение, с населением Австрии и стран центральной Европы.
Подписанный 28 июня 1919 года Версальский договор возвращал Франции Эльзас и Лотарингию, а восстановленной Польше - Силезию. После позорного бегства кайзера в Голландию и краткосрочной попытки коммунистической революции, в Германии, на весьма непрочной основе, было создано демократическое Веймарское правительство. Германия перестала существовать как мировая держава, она потеряла флот, колонии в Африке и на Тихом Океане и свои представительства в Китае. Немецкие землевладельцы в прибалтийских странах были экспроприированы, немецкие иммигранты в Соединенных Штатах ускоренно американизировались, а на смену немецкому языку, игравшему до того роль величайшего культурного языка в мире, пришел английский. Под давлением материальных и духовных бедствий многие немцы восставали против создавшейся ситуации, приняли легенду об «ударе ножа в спину» (Dolchstoss), нанесенном социалистами, и стали мечтать о реванше.
Население бывшей Австро-Венгрии разделилось теперь на три группы. К первой группе относились так называемые страны-наследники: Югославия, Румыния, Польша и Чехословакия. Во вторую группу вошли Австрия, лишившаяся немецкоязычной области Судеты, которая перешла к Чехословакии, и южного Тироля, который отошел к Италии; и Венгрия, от которой отошла одна треть венгроязычного населения. В третью группу входили словенцы, словаки и русины, которые отошли к странам-наследникам.
-503
Генри Ф. Элленбергер
Договор, вернувший Франции Эльзас и Лотарингию, создал в центральной Европе десяток новых аналогичных областей и породил в сердцах людей неутолимую ненависть. «Составители мирного договора не учли, что распад империи Габсбургов высвободил народы, соперничество между которыми продолжалось в течение тысячелетий, которые удерживались в едином государстве только благодаря традициям установившейся монархии»319.
Австрия оказалась теперь страной с населением в шесть с половиной миллионов жителей и колоссальной столицей, в которой жили два с половиной миллиона человек. Она оказалась в бедственном положении. Не было еды, топлива, транспорта; повсеместно грабили, бунтовали, процветал черный рынок, моральные устои рушились.
В России новое Советское правительство оказалось сильнее, чем предполагали союзники, и Европа задрожала от страха перед призраком большевизма. Ранее нигилизм был всего лишь абстрактной концепцией, имевшей отношение только к русским, но теперь он внезапно стал угрожать всему миру320.
