Интересно упоминание И Цзина о «Хинду». Он пишет: «Некоторые говорят, что Инду значит луна, и от этого происходит китайское название Индии, то есть Инду (Йин-ду). Хотя такое значение возможно, это, тем не менее, не обычное название. Что касается индийского названия Великого Чжоу (Китая), то есть Чина,— это название, ничего не означающее». Он упоминает также о санскритских названиях Кореи и других стран.
При всем своем восхищении Индией и многим индийским И Цзин дал понять, что первое место он отводил своей родной стране, Китаю. Индия могла быть «благородной областью», но Китай был «божественной землей». Население пяти частей Индии гордится своей чистотой и превосходством. Но высокую утонченность, литературное изящество, пристойность, умеренность, церемонии при встрече и расставании, восхитительный вкус пищи и полноту благожелательности и праведности можно найти только в Китае, и никакая другая страна не может превзойти его. «В искусстве врачевания, лечении наколами и прижиганием и в умении щупать пульс Китай никогда не был превзойден ни одной частью Индии; средство для продления жизни имеется только в Китае... По характеру людей и качеству вещей Китай зовется «божественной землей». Есть ли кто-либо в пяти частях Индии, кто не восхищается Китаем?»
На древнем санскрите китайский император назывался
И Цзин, большой знаток санскрита, хвалит этот язык и говорит, что он пользуется признанием в далеких страдах на севере и юге... «Насколько же больше должны жители божественной земли (Китая), равно как и небесной сокровищницы (Индии), изучать истинные правила языка!»41 Знание санскритского языка было, вероятно, довольно широко распространено в Китае. Интересно, что некоторые китайские ученые пытались ввести санскритскую фонетику в китайский язык. Так, монах Шэнь Вэнь, живший в эпоху династии Тан, пытался создать на этой основе алфавитную систему в китайском языке.
С упадком буддизма в Индии это общение между индийскими и китайскими учеными фактически прекратилось, хотя паломники из Китая иногда посещали святые места буддизма в Индии. Во время политических переворотов, начиная с И века н. э. и далее, много буддийских монахов, увозя с собой связки рукописей, переселялись в Непал или через Гималаи в Тибет. В этот период и раньше значительная часть древнеиндийской литературы проникла в Китай и Тибет и за последние годы была вновь обнаружена там в оригиналах или, еще чаще, в переводах. В китайских и тибетских переводах сохранено много индийских классических произведений, касающихся не только буддизма, но и брахманизма, астрономии, математики, медицины и т. д. В коллекции Сун-ба в Китае насчитывается 8000 таких произведений. В Тибете их очень много. Индийские, китайские и тибетские ученые постоянно сотрудничали между собой. Выдающимся примером этого сотрудничества, сохранившимся до наших дней, является санскритско-тибетско-китайский словарь буддийских технических терминов. Он восходит к 9 или 10 веку н. э. и называется «Махавьютпатти».
Среди обнаруженных в Китае древнейших печатных книг, относящихся к 8 веку н. э., имеются книги на санскрите. Они печатались с деревянных досок. В 10 столетии в Китае была организована Императорская печатная комиссия, способствовавшая быстрому развитию типографского искусства, продолжавшегося вплоть до эпохи династии Сун. Удивителен и трудно объясним тот факт, что, несмотря на тесные связи между индийскими и китайскими учеными и их обмен книгами и рукописями на протяжении столетий, нет совершенно никаких признаков существования печатных книг в Индии в этот период. Печатание с деревянных досок довольно рано проникло из Китая в Тибет и, мне думается, все еще практикуется там. При монгольской династии Юань (1260—1368 годы) китайский способ книгопечатания проник в Европу. Ставши впервые известен в Германии, он в течение 15 столетия распространился и на другие страны.
