Демократический метод был не только хорошо известен, но был обычным методом деятельности в общественной жизни, в местном самоуправлении, внутри ремесленных гильдий, религиозных общин и т. д, При всех своих пороках каста сохраняла в каждой группе демократические привычки. Существовали подробно разработанные правила процедуры, выборов и обсуждения. Маркиз Зетланд так описывает буддийские соборы раннего периода: «Для многих будет неожиданностью узнать, что на буддийских соборах в Индии две тысячи или более лет назад существовали зачатки нашей современной парламентской практики. Порядок ведения собрания обеспечивался назначением специального должностного лица (прообраз спикера в палате общин). На обязанности другого должностного лица лежало обеспечение в необходимых случаях кворума: это своего рода прототип нынешнего организатора парламентской фракции. Член собрания, желавший поставить какой-либо вопрос, вносил предложение, которое затем подвергалось обсуждению. В некоторых случаях вопрос обсуждался один раз, а в некоторых — трижды; это также предвосхищало парламентскую практику, требующую, чтобы законопроект был рассмотрен в трех чтениях, прежде чем он получит силу закона. Если обсуждение выявляло наличие разногласий, вопрос решался большинством голосов путем тайного голосования»66.
Староиндийский общественный строй имел, таким образом, известные достоинства, и, конечно, без них он бы не просуществовал так долго. Этот строй был основан на философском идеале индийской культуры — совершенствовании человека и преимуществе добра, красоты и правды над стяжательством. Принимались меры к тому, чтобы воспрепятствовать соединению воедино и сосредоточению в одном месте почестей, власти и богатства. На первый план выдвигались не права, а обязанности личности и группы. «Смрити» (индусские священные книги) содержат перечни дхарм — функций и обязанностей различных каст, но ни одна из них не перечисляет их прав. Каждая группа, особенно сельская община и, в ином смысле, каста, стремились к самостоятельности. Это была закрытая система, допускавшая известное приспособление, изменения и свободу в ее общих рамках, но неизбежно становившаяся все более замкнутой и жесткой. Постепенно она теряла способность развиваться и вскрывать новые источники таланта. Влиятельные привилегированные силы не допускали никаких радикальных перемен и препятствовали распространению образования среди других классов. Старые религиозные предрассудки (хотя многие представители высших классов и понимали, что это всего лишь предрассудки) сохранялись, и к ним добавлялись новые. Не только национальная экономика, но и самая мысль становилась неподвижной, косной, мертвой, неспособной к развитию и прогрессу.
Идея и практика кастовой системы были олицетворением аристократического идеала и явно противоречили демократическим принципам. В этой системе было сильно развито чувство долга, создаваемого положением, но при условии, что люди будут придерживаться своего наследственного положения и не будут посягать на установленный порядок. В целом успехи и достижения Индии распространялись только на высшие классы;
те, кто находился на низших ступенях лестницы, имели очень мало перспектив, и их возможности были жестко ограничены. Высшие классы не были малочисленной группой; напротив, они были многочисленны, и между ними широко распределялись власть, могущество и влияние. Так продолжалось в течение очень длительного периода времени. Но коренная слабость и основной порок кастовой системы и общественного строя Индии заключались в том, что они низвели на низшую ступень огромную массу людей и лишили их возможности выйти из этого состояния в области образования, а также в культурном и в экономическом отношении. Эта деградация влекла за собой упадок для всех, в том числе и для высших классов. Она привела к застою, ставшему главной чертой экономики и всей жизни Индии. Контраст между этим общественным строем и тем, который существовал в прошлом в других странах, не был велик, но по мере того как во всем мире на протяжении жизни ряда поколений происходили изменения, он становился все более разительным. В условиях современного нам общества кастовая система и многое из того, что ей сопутствует, совершенно нетерпимы, реакционны, представляют собой балласт и препятствуют прогрессу. При этой системе невозможно равенство в положении и равные возможности, невозможна политическая демократия, а еще в меньшей мере — демократия экономическая. Касты и прогресс диаметрально противоположны друг другу и не могут существовать одновременно.
