— Тимош, ты, что ли, в таз с горячей водой сел? — ахает тетя Нюра…
— Не… — тянет Ронькин дед. — Если б в таз сел, то вкрутую б бубенцы сварились… Прислонился, наверное, пока жену тискал…
— Просто неудачно повернулся… — забирает у тёти Нюры тюбик с мазью Бронислава.
— Не скажи… — ухмыляется дед. — Как раз, получается — удачно… А то б оставил нам глазурью на камнях на память…
— Ты что яйца нормально пожарить не мог⁇ — появляется на пороге комнаты отец.
Закатываю глаза под дружное прысканье Роньки и её деда с бабушкой.
Услышал родитель мой последнюю фразу… И опозорил собственного сына до конца…
— Дык… И слава Богу, Степан Никитич… — заходится то ли в кашле, то ли в приступе смеха Ронькин дед…
— И что, всё наладилось теперь? — переодеваю Совёнка, под недовольным взглядом мамы.
Конечно, памперсы же — всемирное зло…
— Но я ж не до конца совершила обряд… — и с таким укором смотрит на меня…
— Оно и к лучшему! — припечатывает Аким. — И то, что ты жива осталась — не чудо от, прости Господи, Берегини, а…
— Не богохульствуй!! — злобно стреляет глазами в брата мама. — Вот, знала же, что роды на убывающую Луну всегда… Хотя там Венера была как раз в выгодном положении… И в шестом доме тоже…
— Бери, Боже, что нам не гоже! — заглядывает в комнату дедуля. — Фаська, я вот тебя в детстве не драл, а сейчас прям руки чешутся и ремень сам сымается!!!
— Но это же… Вы не понимаете!! — обиженно поджав губы отворачивается мама.
— Ну, куда ж нам…!! — ухмыляется дедушка. — Такое простым-то смертным не доступно, только тем, кто с подвывертом… Но ничего, ремень, он всех того… лечит…
— Дед, ты чего, правда собрался? — чуть не роняет челюсть на пол Аким, видя как дедуля начинает вытягивать ремень из штанов.
— А чё ж, только Тимоха у нас завтра на одном полужопии сидеть будет⁇ Сейчас уравняем, чтоб и с нашей стороны одна коза неумная присесть не смогла…
— А что с твоим мужем? — тут же поворачивается мама.
— Неудачно в баню сходил… — отвечаю, косясь на дедушку.
Что-то раньше я его в таком состоянии не видела…
Бабуля — вот та может разойтись так, что не унять, а дедуля… Дедуля у нас обычно обороняется и спасается бегством. Если успевает, конечно…
— А всё потому, что брак нужно было заключать в нужное время и первое соитие лучше совершать на свежевспаханной земле и…
— Фаська, зараза такая!! Я щас тебе такое первое соитие с ремнём обеспечу, что никакая пашня не спасёт!!! — накручивает дедуля ремень на руку.
— Но зарождение первого семени должно… Ай, пап!! — взвизгивает мама, получая под наши с Акимом обалдевшие взгляды ремнём прямо по бедру. — Это уголовная статья за побои!!!
— О, глядите-ка!! Один раз ремнём припечатал и все Ураны с Водолеями, как черти от кадильни, повыскакивали!! Сколько там гороскопов-то этих, а, Роньк⁇
— Двенадцать и…
— Тринадцать, если со Змееносцем!! — шипит мама, потирая бедро.
— Во! Чёртова дюжина!! Как раз, что нам надо!!! — ухмыляется дедуля. — Роньк, ты Совёнка своего забирай и давайте с Акимом в сад идите, там Тимоха Кальке с Зоськой какого-то змея делает воздушного… Иди, пока мужика твоего не засосало в какую турбулентность… А мне с дочкой поговорить надо…
— О чём!⁇ — поднимается мама, собираясь, видимо, как-то проскользнуть мимо дедушки…
— А обсудим сейчас, в чём разница по Уголовному кодексу у нас и на Альда-Бредавре твоей!!! — преграждает дедуля маме путь к отступлению…
— Это отец в подарок мелким привез… — указывает мне Тимофей на ярко-оранжевого в голубых разводах воздушного змея, которого никак не могут поделить Зося с Калькой. — Надо было штук пять везти, наверное…
— А сам мой свёкор где? — оглядываю родительский сад…
— Холодец дегустирует и с тётей Нюрой спорит насчёт меню на завтра… — обнимает меня муж. — Папа решил, что нужно накормить не только всю деревню, но и весь район…
— А бабуля? — приподнимаюсь на цыпочках и легко целую Тимофея в щеку…
И Совёнок у меня на руках тут же начинает недовольно кряхтеть.
— А бабуля твоя говорит, что…
— Папа!!! Пап, нет!!! Аааааа!!! Пап!! — доносится из дома мамины вопли…
— Может, вмешаться? — вздрагивает Тимофей.
— Лучше про холодец расскажи… Пробовал?
— Угу… — косится на дом мой муж и как-то бочком-бочком начинает отходить подальше от крыльца. — Вкусно… Но я последнее время мясо как-то… Ронь, он же прибьет её там!!!
— Давно пора… — лениво так произносит Аким. — Если медицина бессильна, то нужны нетрадиционные методы… воспитания…
— Но, так-то… Всё же… — мнётся Тимофей…
— Да я тоже против рукоприкладства… Но как вспомню её пение возле озера, так прямо двумя руками за… — возражает Аким. — А если б мы ещё через час или два тогда пришли…⁇!!
— Папа!! — выскакивает на крыльцо мама, а следом за ней вылетает дедуля. — Фасик!! — несётся мама мимо мелких, замеревших с воздушным змеем в руках. — Фасик!!!
— Случилось чего…? — доносится папин голос из-под куста смородины… — О, Фась, а ты куда…?
— В магазин, за хлебом!! — громкко так шипит мама…
— И этому тоже… наподдать… не мешает!! — задыхаясь, замахивается на своего зятя дедуля…