— Малыш, я совсем забыл о нашем знакомце. Пошли-ка ты за Досифеем. И вели запрягать его экипаж. Боригор, я хочу просто увести его с твоих глаз. Чтобы не нагнетать атмосферу. Так что, Требониан, для начала, пойдем во двор.
— Ты уверен? — осведомился громадный дракон.
— О, магия, нет. Пожалуй, во двор пойдем мы вдвоем с Аланом. А вы...
— Мы сами разберемся, Ланс, — дракон хмыкнул так, что его усы-локончики весело заколыхались.
Ланс кивнул, подцепил Алана под локоток, проговорил. — До свидания, Боригор, — и вышел из кабинета.
Ланс и Алан быстренько нашли Досифея, обсуждающего какие-то дела с крупным лизардгорским промышленником.
— Кажется, нам снова потребуется твоя помощь, Досифей, — вежливо проговорил Алан. — Я уже приказал запрягать.
— Вы опять куда-то собираетесь? — засмеялся Досифей. — А я еще слышал, что наш принц — домосед и книжник. Вот уж вы не похожи ни на того, ни на другого.
— Ты просто не знаешь, до чего может довести человека тяга к знаниям, — автоматически отшутился Ланс. — Но, пойдем. Мы не можем долго задерживаться — король поручил нам срочное дело.
Собеседник Досифея почтительно откланялся, и Ланс, Алан и Досифей спустились во двор к ожидающему их экипажу.
— Садитесь, господа, прошу вас, — предложил Ланс и сел на козлы.
— Ланс, но как же дра... Требониан и Голубеника? — воскликнул Алан.
— Увидишь. Мы готовы, Требониан, — проговорил Ланс и тронул лошадей. Алан так и не понял, что случилось, но лошади буквально в три шага довезли их до того места, где они не далее, чем позавчера, встретились с Досифеем. К восхищению Алана там их уже ждали оба дракона. У Досифея отвисла челюсть, а молодой человек задал учителю мучавший его уже четверть часа вопрос.
— Да, Ланс, а что там у Даримонта с именем? Он что, правда, Монти?
— Ну разумеется, малыш! А Даримонтом он назвался исключительно для солидности.
Глава 14
Через полчаса Алан и Ланс снова сидели на каменном крыльце перед входом в тоннель. Досифей благополучно уехал домой, полностью удовлетворенный невнятными объяснениями Алана и обещанием связаться с ним при случае. А драконы отправились обедать, сказав, что они только-только собирались приступить ко второму блюду, как их мирный обед прервало злоупотребление именем друга и повелителя. При этом Голубеника так плотоядно облизнула губы, что Алан почел за благо не расспрашивать, что именно они ели.
— Что ты имел в виду, Ланс, когда говорил о заряде?
— Мы прошли сквозь время, малыш. А это весьма и весьма энергоемкая процедура. Нет, я мог бы избавиться от этого заряда, это не сложно, но я хочу вызвать сюда друзей. Поэтому, я не только не избавился от заряда, а наоборот, сконцентрировал его, насколько это было возможно. Тот заряд, что попал на тебя, в сущности, мелочь, но оперировать с магией на расстоянии в сфере действия активно мешающего мага несколько затруднительно. Ничего опасного, но неприятно. Я имею в виду, неприятно для тебя. Мне это совершенно безразлично.
— С помощью этого заряда ты хочешь вызвать сюда наших друзей?
Ланс улыбнулся, подумав, что Алан впервые причислил его компанию к своим друзьям и кивнул:
— Да, Алан. Только сначала я хочу ответить на твои вопросы. Я же вижу, ты просто умираешь от любопытства. А я не хотел бы обсуждать прошлое при всех. Во-первых, это слишком обширная тема, а во-вторых, это никому не интересно. Я познакомился с Гветелином, Арнольдом, Торвальдом и Элистаном триста пятьдесят лет назад. Кстати, ты сам говорил — триста шестьдесят лет это уже не возраст, а история. Итак, Алан?
Алан подумал.
— Знаешь, у меня целая куча вопросов, я даже думаю, что все сразу задать невозможно. Слишком большой перечень, ты устанешь слушать. Но скажи, хотя бы, что ты хранил во дворце и почему ты не вернулся? Тогда? Триста шестьдесят лет назад?
— Тогда? — переспросил Ланс и печально улыбнулся. — Я просто опоздал, малыш. Точно так же, как опоздал бы ты, если бы я не провел тебя сквозь время. В те годы подобные фокусы я проделывать еще не умел, да и не знал, что это нужно. Я просто потерял счет дням. В Миррене это не сложно. Дело в том, что я вернулся, Алан. И это довольно грустная история.
Алан с любопытством уставился на Ланса. Тот, все так же печально улыбаясь, заговорил.
