Отрава Их Величества (СИ) полностью

Ночью Чирк вернулся. Очевидно, он никому о своем проколе не рассказал и просто выжидал подальше от неприятностей, чтобы его в этих неприятностях могли обвинить хотя бы не в очередь. Но как только наклонился к Кристоферу, то сразу ожил и разулыбался — обошлось:

— Надеюсь, ты меня не выдашь, дружище? Ты ведь оклемался, так что оставим обиды в прошлом!

— Да я не злопамятный, Чирк, — ответил ему Крис до сих пор слабым голосом. — И какое мне удовольствие, если капитан тебя прибьет на месте? Вдруг у него рука тяжелая, и он сделает это быстро? Я лучше сам — кровопийцы не слишком жалуют физический труд, но в некоторых случаях с удовольствием делают исключения.

— Это вряд ли, — облегченно рассмеялся кудесник. — В порту тебя будут ждать. И раз заказчик платит за тебя столько золота, вряд ли упустит из виду. Не удивлюсь, что сопровождение тебе выделят похлеще королевского!

— Давно пора. Надоело это неуважительное отношение к наследнику Кирами.

Спор этот звучал скорее обменом любезностями между старыми друзьями, не имеющим особого смысла. Отрава понимала, что Кристофер с угрозами не шутит, но сейчас, глядя на его почти невменяемый вид, она сильно сомневалась в вероятности их осуществления. Так думал и Чирк, который не собирался оставлять за собой последнее слово — признак уверенности в собственной правоте. Он встал и бодро направился к Отраве:

— К утру уже будем в порту, поэтому тебя разрешили выпустить наверх. Поешь и приведешь себя в порядок, а то тебя и так теперь будет сложно продать! — он только улыбнулся, уловив презрение в ее взгляде. И объяснил мягче: — Это в твоих же интересах. Кудесницу купят сразу — если не в поместье, так городские знахари возьмут — им бесплатные помощники всегда нужны. Перевертыш в хозяйстве тоже лишним не бывает. Поэтому если хочешь остаться с друзьями, то будь покладистой и надейся, что новые хозяева будут настолько добры, что возьмут и тебя довеском.

Отрава не выдержала и опустила голову. Если ей приходится смиряться с чем-то, то ведь это не значит, что она уже и внутри стала рабом? Конечно, нет! Это лишь стратегия — сейчас лучше сделать так, чтобы впоследствии появилась возможность поступить иначе. Главное со смирением не переборщить.

Опухшая от слез Нанья рухнула на пол, когда увидела вошедшую в их каюту Отраву. Неестественно бледный Лю рванул к ней, обнял и прижал к себе дрожащими руками.

— Прости меня, прости… — бормотал он. — Я виноват… Я не должен был отпускать тебя в трюм… прости!

Отрава поморщилась то ли от боли, то ли от разочарования — реакция Лю оказалась до банальности предсказуемой. Ну, конечно, он винил во всем только себя! При этом даже мысли не допустил, что Отрава не спрашивала его разрешения — она бы отправилась в трюм, даже если бы он запретил!

Нанья, увидев выражение ее лица, тут же вскочила на ноги.

— Я помогу! Шрам останется, тут я бессильна, но боль заговорю!

— Не надо, — уверенно сказала Отрава, которая успела примириться с невыносимым жжением. — Оно должно отболеть само, чтобы я навсегда запомнила это чувство.

Друзья ее не понимали, а на вопросы она отвечать не спешила. Не знала слов, которые бы описали, как она повзрослела на одно клеймо. Неизвестно, что случится еще в будущем, но теперь она ощущала себя иначе — сильнее и жестче, готовой к тому, к чему не была готова еще три дня назад. Лишилась душевной невинности, что в этом мире точно не помешает. Свободная возвращенка с рабским клеймом на лопатке в виде двух звеньев цепи — это примерно то же самое, что кровопийца без пальца. Как грамота по окончанию школы уникального опыта.

После рассказа о положении дел Кристофера, Нанья только головой качала и извинялась за то, что обладает огромными талантами, но не научена ими управлять. Единственное, что она могла предположить — если кудесники не станут накладывать дополнительные чары, тогда воздействие со временем иссякнет.

Им всем троим выдали новую одежду и даже вернули личные вещи. Конечно, за исключением монет. Даже если бы их на берегу отпустили на волю, вернуться домой без денег было бы затруднительно.

Правоморский берег уже издали отличался от всего, что они видели прежде. Портовый город был воистину огромен и светился высоченными шпилями и золотыми башнями. Даже Лю умолк, созерцая этот хаос запредельной красоты, а ведь он всю жизнь прожил в Столице Левоморья!

На палубу вывели и Кристофера. Он выглядел намного лучше, хотя едва переставлял ноги. Но это благодаря Чирку, который вернул для подстраховки все сдерживающие заклинания.

— О. Перевертыш и аппетитная моя кудесница, а вы почему не пришли меня навестить? Сразу видно, что меня не любите.

— Любим, любим! — заверяла Нанья, но матрос не дал ей возможности это продемонстрировать. — Определенно, ты наш самый любимый кровопийца!

Лю был серьезен и не пытался задушить Кристофера в объятиях:

— Ты как, Кирами?

Только им четверым было известно, сколько искреннего участия прозвучало в этом вопросе. Крис это тоже уловил, но предпочел не изменять себе: