Веревки исчезли с запястий и лодыжек, она обрела способность двигаться и говорить, но не произнесла ни слова, лишь попыталась встать. Упрямая…
— Не стоит утруждать себя, — насмешливо произнес мой хозяин. — Присаживайтесь.
Взмах палочки, перед Амелией материализовался стул из черного дерева, она фыркнула. Гостеприимство, забавно, хищник так любит играть с жертвами, и во мне что-то происходило, что-то противоестественное, хотелось смеяться. Её выражение лица: она готова была перегрызть ему глотку. Великолепно… Боунс проигнорировала предложение сесть и всё так же держала рот на замке. Не знаю, что на меня нашло, я просто подошла к ней и толкнула её в сторону стула.
— Когда Темный Лорд приказывает, ты обязана слушаться, — прошипела я.
Волшебник, сидящий на троне, криво ухмыльнулся, выказывая одобрение моим действиям. Это он так влияет. Не знаю, почему во мне просыпается демоническое начало, потрясающее ощущение власти без страха, сплошной ковер эмоций не жалящий присущей негативностью, а наоборот, сулящий удовлетворение. Глаза Люциуса, исполненные холодом, изучающе смотрели на меня, он только что стал свидетелем чего-то смрадного, проявления жестокости характера юной девушки, к которой он неровно дышал. Да, дорогой, я больше не та маленькая ведьма, перешедшая порог твоего дома в поисках способа осуществления детской мести.
— Аллегра, не стоит торопить мисс Боунс, она сама должна понять как себя вести, — лениво опустив локоть на подлокотник «трона», произнес хозяин.
— Прошу простить меня за несдержанность, мой Лорд, — слегка склонив голову в порыве мнимого чувства вины, произнесла я.
Красные глаза продолжали сверлить меня взглядом, практически не отрываясь, а потом как будто неохотно вновь обратились к пленнице, и только тут до меня дошло – он только что назвал меня по имени, хотя я в обличии Амикуса. Боунс непонимающе смотрела на меня. Зачем? Зачем он выдал меня? Женщина вряд ли слышала обо мне, но ее явно заинтересовал последний диалог.
— Что же вы молчите? Разве вы не рады встрече?
Отличный метод, чтобы вывести человека из себя, но она молчала, противилась. Все бессмысленно, кроме последней возможности показать свой характер и волю.
— Аллегра, научи её быть вежливой, — ухмылка на безгубом бледном рте.
Все так просто, я ведь уже делала это, ничего страшного не случится. Просто полезть рукой в карман мантии, просто взять древко, просто занести палочку на Амелию, с отвращением взирающую на нас — потную, замученную, истерзанную химикатами женщину, чтобы принести ей еще боли…
— Круцио.
Красный луч света опрокинул едва успевшую принять сидячее положение Амелию на пол. Её глаза: она смотрела прямо на меня, казалось, белки пойдут кровавыми разводами, напряжение, краснеющее лицо агонии, затвердевшая жилка на виске. Это тот ужас, который я приношу невинной жертве, это то заклинание, которое я испытала прошлым летом на себе, поругавшись с погибшим отцом, это те чары, способные довести до разрушения нервной системы, дробления костей, разрыва мышц, сумасшествия и в конечном итоге — смерти. Для неё все могло обернуться намного проще и безболезненнее, если бы не иммунитет против Империуса.
Её ненависть, адресованная мне…
— Достаточно, — спокойно приказал Волан-де-Морт, поднимая ведьму с пола магией и усаживая обратно на стул.
Дыхание сбито, руки трясутся, взмокшая, болезненная…
— Ну, мисс Боунс? — с полуулыбкой протянул он, призывая к диалогу.
— Ты, больной психопат, ублюдок!
Лорд наигранно закатил глаза.
— Все говорят одно и то же… Люциус, — он кивком приказал снова наказать Амелию.
Тот, недолго думая, подошел к жертве и со всего размаха дал ей оплеуху, она отклонилась в сторону удара, но удержалась в сидячем положении, не упала. С губы потекла струйка алой крови.
— Убей меня, — сорвалась с её губ негромкая фраза, которую я уже слышала ранее.
— Неужели вам не дорога жизнь, Амелия, вы так слабы?
Ненависть, презрение, даже ухмылка на измученном лице…
— Тебе никогда не проникнуть в Отдел Тайн, — шипит она.
— Но ведь именно поэтому вы здесь, не так ли? Чтобы помочь нам, — издевается он, а улыбка становится шире.
Здесь в полумраке кажется, что его лицо высечено из камня с вкраплениями драгоценных рубинов, внешний вид наводит ужас, но не на меня. Такая притягательная властность… Я изменила мнение насчет Волан-де-Морта, пускай он похож на монстра внешне, но это всего лишь оболочка, с вместилищем разума, силы… Красные глаза уже не так страшны, как раньше, за ними скрывается жестокость, интеллект. Со мной происходят странные метаморфозы, раньше подобное положение вещей казалось нереальным, я сторонилась этой веры, считала, что меня ничего не связывает с Темным магом, кроме сделки и чувства голодной мести, но видит Мерлин, я ошибалась. Меня стали раздражать магглы, мне так понравилось владеть ситуацией, играть, выполнять сложные задания, чувствовать себя достойной высшего общества, круга чистокровия.
