Я сделала свой выбор, теперь мой путь — это череда странствий по чужим жизням, по головам к единственной цели – к Северусу. Поттер больше не приходил, он не мог без сопровождения выбраться из своего маггловского дома, а Дамблдор решил, что лишние вылазки опасны, и потом, ведь я «поправлялась». Рона давно вылечили от небольшого умопомешательства. Он навещал меня вместе с Невиллом около недели назад. Парни застали меня за изучением конспектов Грейнджер за пятый курс и чтением книг, присланных её родителями, что забрали вещи дочери из Хогвартса сразу же после битвы в Министерстве Магии. Ухмылки на добрых лицах ребят, они шутили, что Гермиона неисправима, даже лежа в кровати с перебинтованным торсом, только и знает, что книжки, да записи изучать. Но мой интерес был в другом: я изучала почерк жертвы, копировала его, училась изображать девочку-всезнайку. И вскоре это умение пригодилось, ведь приходилось писать письма, отвечать на них, приходилось снова играть чужую роль. А ещё я очень сильно скучала по Люциусу, возможно, наши отношения пришли к логическому завершению, но я не хотела этого, не хотела терять связь с человеком, что был дорог мне и близок по духу.
Мне нужно будет вырваться из плена больницы, родительского дома Гермионы, чтобы изучить девушку, являющуюся пленницей в подземельях моего поместья, которое оставалось ненаносимым, так как, несмотря на отсутствие Амикуса, на которого пало множество подозрений, авроры не могут проникнуть в охраняемый чарами дом без согласия хотя бы одного члена семьи. Конечно, никто не знал, где обитает его блудная дочь, таким образом, они имели двух беглецов. Пока есть хоть один живой наследник, охрана поместья действует. Думаю, скоро обстановка в магическом сообществе изменится, и тогда не придется «скрываться» отцу, другим Пожирателям и даже Белле.
Все новости я узнавала из «Ежедневного Пророка», ставшего связующей нитью с миром. На титульном листе первой газеты, вышедшей после событий в министерстве, было написано о возвращении Того-Кого-Нельзя-Называть. Гарри рассказал об исходе битвы и появлении Темного Лорда. Оказывается, Фадж видел его собственными глазами. Дамблдора восстановили в должностях директора Хогвартса и верховного чародея Визенгамота. Вскользь был упомянут побег дементоров из Азкабана. Я ухмыльнулась, наши ряды, наконец, пополнили эти жуткие твари, похожие на гниющие трупы.
«Ежедневный пророк» полностью поменял тон, которым писал о Гарри Поттере. Теперь Гарри Поттер — герой, который «ни разу не дрогнул под градом насмешек и клеветнических заявлений». Банально, и это скоро изменится. Интересно, как долго продержится Корнелиус Фадж на своём посту? Ему вряд ли удастся оставаться министром магии надолго. Тем более после последнего события… На юго-западе Англии произошел «ураган» — так назвали происшествия газетчики магглов. Эльза Грейнджер рассказывала об этом, только это было вовсе не стихийное бедствие, а набег Пожирателей смерти и, возможно, великанов. Волан-де-Морт с цепи сорвался, доказывает свою силу, запугивает население. Люциусу, скорее всего, пришлось несладко, чего уж там… Половина ближнего круга Лорда в Азкабане, а значит, мой дорогой любовничек работает за десятерых, и заодно за меня, контролируя Министерство Магии. Война началась…
Дом Гермионы Грейнджер. Магглы. Я была здесь чужой…
— Гермиона, целители прописали тебе постельный режим, — заботливо сказала Эльза.
Я изображала слабость после выписки из больницы. Так было нужно.
— Хорошо, мам, — отозвалась я.
Мама… Странное ощущение, думала, меня скрутит чувство вины, но холод в душе ставил преграды на пути к совести. Она не моя мать… Женщина проводила меня до спальни, что было на руку, так как я понятия не имела, где она находится. Комната встретила непривычной обстановкой: несмотря на ошеломляющее количество книг, корешки которых кричали большими буквами о своем магическом содержимом, всё было чересчур по-маггловски. Опрятное помещение, странное, непохожее на роскошность поместья Кэрроу, где преобладали стили викторианской эпохи и первой четверти двадцатого века.
