О, ну конечно, Фред и Джордж Уизли теперь были весьма популярны, затмили Зонко. Но думаю, студенты найдут способ проносить в школу их изобретения. Близнецы – талантливые ребята, только вот так и не окончили школу, их выгнали в прошлом году после фейерверков под носом у Амбридж, о которых я была наслышана еще в Норе, изображая осведомленность. Как я ни старалась вести себя спокойно, любопытство всё же донимало. Меня постоянно тянуло взглянуть на Снейпа… Огромная сила воли понадобилась для того, чтобы не наблюдать за этим каменным изваянием, не проявляющим и доли интереса к речи Дамблдора.
- В этом году мы рады представить вам нового преподавателя. Профессор Слагхорн (Слагхорн встал, сверкая лысиной в свете свечей, его обтянутый жилетом живот отбрасывал тень на весь стол), — мой бывший коллега, согласился снова преподавать у нас зельеварение.
— Зельеварение?
— Зельеварение?!
Слово эхом разнеслось по Большому залу. Ученики переспрашивали друг друга, сомневаясь, правильно ли они расслышали.
— Зельеварение? — хором повторили Рон и я, уставившись на Гарри. — А ты говорил...
— Тем временем профессор Снейп, — Дамблдор повысил голос, перекрывая ропот в зале, — возьмет на себя обязанности преподавателя по защите от Темных искусств.
— Нет! — сказал Гарри так громко, что сразу несколько голов повернулись к нему…
Эта новость стала шоком не для нас одних. Все факультетские столы перешептывались, в то время как Северус лениво поднял руку, представляясь в новой должности. Слизерин аплодировал чуть ли не стоя. Гарри был вне себя от ярости. Конечно, ведь он ненавидел Снейпа, да и тот не пылал к нему нежной любовью, и я даже знала почему…
Честно говоря, я не осознавала, что должна делать, поэтому решила просто плыть по течению, строя из себя Гермиону, собирая информацию. Шок, никогда не думала, что Северус будет преподавать что-то помимо зелий. Как-то странно… Меня вдруг стали волновать результаты СОВ, хотя я не имела к ним какого-либо отношения. Единственным предметом, по которому Гермиона получила «Выше ожидаемого», а не «Превосходно» был ЗОТИ. Вот незадача. Абсолютно незначительная вещь почему-то волновала меня. Снейп не очень-то любил Гриффиндор и Грейнджер в частности, он обязательно найдет к чему подкопаться. Я буду лучшей по ЗОТИ, потому как уже принимала участие в бойнях против авроров и на тренировках с Люциусом показывала весьма неплохие результаты. За время прозябания в своем поместье я изучила множество книг и не только контрзаклятия мне удавались легко. Темная магия, тот ритуал, благодаря которому удалось беспрепятственно проникнуть в Отдел Тайн…
Странное волшебство, даже сейчас я чувствую его влияние, словно в душе навсегда поселилось что-то грязное, но оно не причиняло вреда, а наоборот, словно повышало тонус.
Первый урок у Северуса. Держать себя в руках, хотя так хочется полюбоваться, побыть хоть недолго глупой влюбленной школьницей, но больше такой диагноз ко мне неприменим. Время практически вылечило старые раны, но благодаря шрамам образовались другие увечья, куда более глубокие, чем нелюбовь преподавателя. Иная личность, собранная по осколкам. Сильная, волевая, больше не опираюсь на чувства, не смотрю в рот человеку, что подтолкнул меня к судьбе, которую я раньше отвергала. Я здесь, чтобы шпионить, чтобы выполнять то, что я сама себе навязала, задание, что спасет жизнь этому черствому ублюдку…
Помещение приобрело черты Северуса: мрачное, лишенное света, благодаря тяжелым шторам…Одинокие свечи, летающие под потолком, бликующие на ужасных картинах мучений, искаженных пытками лицах людей, запечатленных в живописи. Игра ли это в плохого Пожирателя Смерти или действительная сущность человека?
- Я не говорил вам доставать учебники, – произнес профессор колким голосом.
Ученики поспешно затолкали свои экземпляры «Лицом к лицу с безликим» обратно в сумки.
- У вас сменилось пять педагогов, я удивлен, что с таким бессистемным преподаванием вам удалось наскрести на сдачу СОВ.
Северус в своем репертуаре. Он стал разглагольствовать на тему Темных искусств в привычной интонации, но казалось, что в его голосе сквозит странное благоговение к предмету. Неужели он может любить что-то больше, чем свои мензурки и котлы с противными варевами?
— …Следовательно, ваша защита, — чуть громче продолжал он, — должна быть такой же изобретательной и гибкой, как те искусства, которые вы хотите одолеть. Эти картины, — Северус на ходу махнул рукой в их сторону, — дают довольно точное представление о том, что происходит с человеком, подвергшимся, к примеру, воздействию заклятия Круциатус, – он указал на изображение волшебницы, скорчившейся и кричащей от боли. – Испытавшим поцелуй дементора, – на картине волшебник бессильно привалился к стене, безучастно глядя прямо перед собой пустыми глазами, – или спровоцировавшим нападение инфернала, – на другой картине была изображена кровавая каша на земле.
— Значит, инферналы действительно появились? — тоненьким голоском спросила Парвати Патил. — Это уже точно известно, он их использует?
