Забини-старший присел рядом с братом и на удивление обнял его за плечи, проявляя что-то странное, теплое, что никак с ним не ассоциировалось. Всё стало ясно, ведь он заменял Вейну отца, которого не было. Старший брат, практически глава семьи…
- Что случилось? – обратился ко мне Блейз довольно миролюбиво.
- На него напал один пуффендуец, обзывающий вашу семью сам знаешь как, – отрапортовала я надменно. – А плачет, потому что ударился сильно, когда тот его толкнул.
В глазах младшего брата Блейза светилась благодарность. Только, к сожалению, я её не заслуживаю.
- Это опять Джейк? Я ему голову откручу, – произнес Блейз, сжимая кулаки.
- Только попробуй, Забини, с ним разбирается Рон, этого достаточно, – сказала я строго, вставая с сидения. – Мы скоро прибываем на Кингс-Кросс… – неопределенно завершила я, уже на выходе из спецвагона.
- Спасибо, – прозвучал неуверенный голос мальчугана.
- Не за что, Вейн. Счастливого Рождества, – улыбнулась я.
- И тебе, – ответил за него старший брат без тени злобы и напыщенности.
Ничего себе, Забини пожелал мне счастливого Рождества! Наверное, где-то водяная саламандра подпалила хвост, пробегая по горящим углям, затем прыгнула с Астрономической башни Хогвартса, приземлилась на щупальца гигантского кальмара, но, выбравшись из его пут, доплыла до берега, встретила одного из любимчиков Хагрида, но ловко увернулась. Убежала в Запретный Лес, попала под копыта кентавров, запрыгнула в пасть разъяренной мантикоре, но и оттуда выбралась без последствий, потом добралась до сородичей и, наконец, сдохла. От старости…
Хогвартс-Экспресс подходил к станции; Гарри, Рон, Полумна и Невилл оделись в теплые мантии, кто-то, как и я, просто в маггловские куртки. В коридоре уже толпились дети, экипированные по-зимнему, готовые к встрече с родителями.
Я посмотрела за окно, когда поезд стал замедлять ход. Все как всегда, как обычно, не считая усиленной охраны авроров по всему периметру платформы. Бдительность Министерства Магии даже не раздражает. Просто надоело. Зима, хлопья снега на меховых шапках, счастливые лица родителей, давно не видевших своих детей, толпа простых волшебников, одинаково разных, преследующих свои цели в войне или просто пытающихся сохранить жизнь себе и своей семье. Трусы, предатели, чистокровные и даже магглы – все в одном месте, собирающем хорошие воспоминания и улыбки.
Отец всегда встречал меня с поезда, но я никогда не находила в этом ничего хорошего, в особенности ненавидела сильный налет аристократизма, выбивающий его из общей массы волшебников. А теперь на меня напала ностальгия, хотелось повернуть время вспять, ведь отец был единственным действительно любящим меня человеком, и он был прав во многом. Нерадивая дочь все же пошла по завещанному пути, а ошибки юности теперь казались глупыми и бессмысленными. Все то хорошее безвозвратно утеряно. Прошлое кажется таким безоблачным и легким со стороны пережитого в последнее время. Много ударов судьбы было перенесено в последний год: смерть отца оставила неизгладимый отпечаток в душе, зазубрину на безукоризненно ледяном сердце Аллегры Кэрроу. Я уже не та, что прежде, мой путь невероятно интересен и тернист, но я иду по нему с улыбкой, понимая, что так нужно…
- Гермиона, пиши нам из Франции!
- Обязательно, Гарри, – я обняла его и подошла к Рону, которого буквально зажимала в объятиях Лаванда, недовольно смотрящая мою сторону. – До встречи… И если я вернусь раньше, то приеду в Нору. Не скучайте, ребята!
Я вернулась к родителям Гермионы и помахала рукой друзьям и семье Уизли. Молли уже успела пару раз отметить мою худобу и бледность, хотя я вообще не изменилась, благодаря дару. Мистер Уизли успел проездить мозги Грейнджерам по поводу электрического паяльника и его назначения, пока я украдкой смотрела на Люциуса, встречающего сына. Драко всё больше напоминал покойника своей бледностью. Что до его отца – он был всё такой же холеный и красивый, несмотря на все проблемы и переживания. Люциус всегда умел держать себя в руках, и я сильно сомневаюсь, что в юности он был такой же тряпкой и слабаком, как Драко. Он даже не посмотрел в мою сторону, и не надо, скоро и так увидимся. Внезапно я почувствовала дрожь предвкушения, пробежавшую от кончиков пальцев. Он – всё, что мне сейчас нужно.
Все запреты на использование волшебства были сняты из-за совершеннолетия Гермионы. Дом больше не находился под надзором, а значит, у меня были развязаны руки, и Грейнджеров я просто заколдовала, когда они спали. Завтра ничего не подозревающие магглы улетят во Францию в полной уверенности, что их дочь находится в Норе у Уизли, а мне останется только на их письма отвечать. Если они задумают связаться с рыжей семейкой, совы всё равно полетят ко мне. Хотя, благодаря Империусу, у них и мысли не возникнет...
Я усыпила их, добавив зелья в пищу, чтобы действие магии было незаметным, а сама отправилась прочь из дома, чтобы аппарировать в своё поместье.
Сочельник…
