Странно, но этот разговор был спокойным, словно между нами была внушительная дистанция и мы обсуждали пусть и неприятные вещи, но не опасные уж точно.
— Грейнджер, ты зарываешься, — не понимая намеков, промурлыкал парень мне в ухо.
Я не пыталась вырваться, а он не грубил, хотя нет, его грубость была другой. Почти интимный разговор с иным смыслом, вот как можно это назвать.
— Блейз, когда ты перестанешь играться со мной? Ты предупреди меня, когда надоест, хотя нет, лучше не предупреждай, — тихо сказала я, заглядывая в черные бездонные глаза, интересно, хватит ли его удар, когда он узнает кто перед ним на самом деле? Когда я была старостой, они с Малфоем меня ненавидели.
Без тени застенчивости, его рука стала спускаться ниже: от шеи к неглубокому вырезу декольте. Люциус бы его на кол посадил из ревности и кормил всю жизнь печеньками с водой. Вот уж кто не умеет делиться, так это отец лучшего друга Блейза. Наконец этот фарс стал переходить все границы, когда до моей груди оставалось совсем немного. Я с силой оттолкнула слизеринца, но как и предполагалось, этот жест стал красной тряпкой для разъяренного быка.
— Стоять! — властно повысил голос он, хватая меня за рукав.
Я вырвала руку, но не убежала, нужно поставить парня на место или это будет продолжаться бесконечно.
— Я прошу тебя, нет, я умоляю тебя, Блейз, опомнись, — сложила я руки в соответствующем жесте. — Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, но это идет вразрез с идеологией общества, в котором ты вертишься, — казалось затуманенный близостью, он ничего не осознает, и даже не пытается слушать. — Попробуй пофантазировать на тему того, что тебя ждет, если Тёмный Лорд узнает, что ты носишься за грязнокровкой.
Я не имела права на такие слова, но тем не менее это нужно прекращать. Смуглое лицо Забини вытянулось. Он смотрел на меня с неподражаемым выражением.
— Как ты смеешь называть его так, гр…
— Грязнокровка? Да, Блейз, я грязнокровка, — спокойно рассудила я на небольшом выдохе для пущего артистизма. — Реши для себя, что важнее, выполнить задание и получить лавры или предать свою кровь?
Я фыркнула, развернулась и пошла вверх по лестнице, стараясь проанализировать, то что сказала.
— Грейнджер? — послышался недоуменный голос, когда парень осознал, что только что услышал.
— Хогвартс слухами полнится, Блейз, — надменно изрекла я, даже не разворачиваясь. — Я знаю, что вы чем-то занимаетесь с Малфоем для В… Того-Кого-Нельзя-Называть. И я искренне надеюсь, что ваше задание провалится.
А сейчас пришлось бежать, бежать без оглядки, потому что вслед я слышала поднимающиеся шаги и крик: «Грейнджер, стой!». Возможно кошка Филча, попавшаяся мне по дороге отпугнула преследователя, а может, Блейз просто понял, что им с Драко стоит быть аккуратнее. Надеюсь, моя угроза воспринялась правильно, а на самом деле это предостережение. Мальчики должны беречь себя…
Как долго можно готовиться к этому? Подвергать школу опасности. Стараться найти в себе хладнокровие и просто позволить чудовищному плану Тёмного Лорда и Дамблдора свершиться. Ощущение, что двое великих магов действуют сообща, ведя мир к хаосу, смуте.
Чувство вины выгрызает изнутри. Альбус использовал Снейпа. Сохранить жизнь Гарри, чтобы потом убить его во имя высокой цели. Как это подло, и даже, несмотря на всю неприязнь к мальчику, Северус видел в нем Её сына. Лили не простила бы… Почему Снейп, как верная собачка, всё равно выполнит свою задачу? Все правильно... Сохранить мир, уничтожить Тёмного Лорда…
Стоило ради этого превратить несчастного мальчика в бомбу замедленного действия? Директор поступает даже хуже Волан-де-Морта, так бесчувственно и черство. Старик сам собирается покинуть этот мир, он не боится смерти, но и не ценит чужие жизни, тянет их за собой, расставляя якоря. Так чем он лучше пресловутого Лорда? Чем он лучше того, кто не скрывает своих намерений, того, кто честен со всем миром? Великий маг Альбус Дамблдор — всего лишь извращенное понятие добра, интеллект делает из человека злодея. Пускай он приверженец магглорожденных, магглов и привычного течения жизни, но он такой же интриган, старый хитрый манипулятор. Но в этой войне всего две стороны, обе они не идеальны, и Северус уже выбрал путь, выбрал, когда отдал часть Пророчества не в те руки и обрек любимую, пускай и недоступную женщину на смерть…
— Входите, — произнес мужчина уверенно, когда постучали в дверь.
На пороге появился белокурый юноша, которого точно так же используют в войне. Драко не виноват, что родился не в той семье, не виноват что ему навязали службу Тёмному Лорду. Он всего лишь добыча, способ. Северус не понимал, почему Волан-де-Морт доверил задание такого статуса ребенку, слабому, трусливому… Драко не был похож на своего отца, скорее на мать, и несмотря на всю спесь, надменность и присущее воспитание, он никогда не был храбрецом и прятался за спины своих тупоголовых телохранителей Гойла и Кребба. Люциус в молодости был более агрессивен, он не боялся трудностей, прошибал лбом каменные стены на пути к цели. Несомненно, его наследник иной…
