Отравленная совесть полностью

Леони. Даже… даже вотъ этотъ голубой листокъ.

Ревизановъ (слегка ударилъ ее по рукѣ и прячетъ письмо въ карманъ). Оставь.

Леони. Ахъ, извините. Я не знала…

Леони. Знаешь ли, этотъ дѣловой документъ очень похожъ на письмо отъ женщины.

Ревизановъ. Ты находишь?

Леони. Отъ кого эта записка?

Ревизановъ. Это не твое дѣло.

Леони. Однако, мой милый, вы становитесь не слишкомъ-то любезны въ послѣднѣе время.

Ревизановъ. Можетъ быть.

Леони. Я не знаю, чѣмъ это милое настроеніе вызывается у васъ. Можетъ быть, y васъ дѣла не хороши? Можетъ быть, вы влюблены неудачно? Но, во всякомъ случай, я не желаю, чтобы на мнѣ срывали дурное расположеніе духа. Я къ этому не привыкла.

Ревизановъ. Не трещи… надоѣла.

Леони (вскочила). Я запрещаю вамъ говорить со мною въ этомъ тонъ. Леони никто еще не говорилъ, что она надоѣла.

Ревизановъ. Ну, а я говорю.

Леони (топнула ногою, въ гнѣвныхъ слезахъ). Это гнусно, гнусно такъ обращаться съ женщиной.

Ревизановъ. Да полно, пожалуйста! Что за трагедія? Я никакъ съ тобою не обращаюсь. Ты бѣснуешься и ругаешься, а я нахожу, что это скучно, вотъ и все.

Леони. Если вамъ скучно со мною, отпустите меня, разойдемся. Не вы одинъ любите меня, я найду свое счастье съ другимъ.

Ревизановъ. Съ другими, Леони, съ другими, надо быть точною въ выраженіяхъ.

Леони. Вы никогда не любили меня, если можете шутить со много такъ обидно.

Ревизановъ. Разумѣется, никогда. Кажется, y насъ, когда мы сходились, и разговора объ этомъ не было. А ты развѣ любила меня и любишь? Вотъ была бы новость.

Леони (горько). Нѣтъ, этой новости вы не услышите… Я васъ, конечно, и не люблю, и не уважаю… вы для меня просто мѣшокъ, откуда можно брать деньги… не такъ ли?

Ревизановъ. Не знаю, какъ по-твоему, по-моему, такъ. Да я ни на что болѣе и претензій не имѣю. Я плачу и не жалуюсь. Ты очень эффектная и занимательная женщина…

Леони. А, главное, въ модѣ. Такъ пріятно, вѣдь, чтобы вся Москва кричала: вотъ Ревизановъ, который отбилъ знаменитую Леони у князя Носатова.

Ревизановъ. Не скрываю: и это не безъ пріятности.

Леони. Вотъ этой-то славы у васъ и не будетъ больше. Не будетъ у васъ Леони. Кусайте себѣ тогда локти… и утѣшайтесь вонъ съ этою, которая пишетъ вамъ письма… виновата, дѣловые документы — на голубой бумагъ.

Ревизановъ. Будетъ другая слава, и гораздо болѣе пикантная… Станутъ говорить: вотъ Ревизановъ знаете, тотъ самый, который выгналъ отъ себя знаменитую Леони.

Леони (бѣшенымъ крикомъ). Lаche!

Ревизановъ (тихо). Пошла вонъ!

Леони. Васъ слѣдовало бы вотъ этимъ!

Ревизановъ (поднялъ хлыстъ, осмотрѣлъ его, подавилъ пружину, ручка хлыста отскакиваетъ, обнаруживая потайной кинжалъ). Изящная вещичка. Сохранимъ на память объ освобожденіи отъ иноплеменницы… Не прилетѣла бы она мириться? Вотъ было бы не кстати.

Іоганъ, замѣтили вы даму, которая отъ меня вышла?

Человѣкъ. Мадамъ Леони?

Ревизановъ. Да. Меня для нея нѣтъ дома.

Человѣкъ. Слушаю-съ.

Ревизановъ. Передайте это швейцару. А затѣмъ приготовьте столъ, дайте фруктовъ, крюшонъ, цвѣтовъ получше… У меня ужинаетъ другая дама… Да! Скажите швейцару: не надо, чтобы ее видѣли. Пусть проведетъ какъ-нибудь поосторожнѣе. Ну, живо!