Существо схватило Еву за ногу и отбросило в сторону проходящего поезда. Тёмный взгляд пустых бездонных глазниц пронизывал Аарона до такой степени, что по спине пробегал жуткий мороз. Сознание защищал незримый барьер, но он чувствовал, как стенки щекочет иное присутствие. Не пытается пробиться, а лишь наблюдает. Ищет уязвимое место. Существо выпрямилось и пошло навстречу. Движения естественные и плавные. Пронизывающие чёрный нити натягивались и расслаблялись. Стальные волокна имитировали поведение мышц.
– Довольно, Аарон. Твоя упрямость сгубит больше жизней, чем спасёт.
– Свобода стоит жертв, – под капюшоном блеснули два аметистовых огонька. И в мгновение луч раскалённой энергии ударил в лицо потустороннего.
Существо размахнулось и пронзило живот Аарона тремя острыми, как бритва, пальцами. Изо рта хлынула кровь. Он склонился и упал на колени, выронив камень рун.
– Ты меня разочаровал.
Синие языки пламени обвили руку потустороннего. Бушующие потоки раскалённых газов стали плотными и трансформировались в ленты. Не призрачные, едва заметные и туманные, а самые настоящие. Они с неистовой силой сжимали конечность, пока существо пыталось разорвать их. Аарон потерял сознание. Над ним танцевали древние нечитаемые руны. Тело оторвалось от земли и поплыло по воздуху в сторону уходящего поезда. Смертельные раны больше не кровоточили. Бледное лицо не выражало никаких эмоций. Он напоминал человека, застывшего во льдах. Словно все физиологические процессы замедлились. А на смену сознания пришло таинственное подсознание. И с ним пробудились мистические способности.
Ленты сдерживали монстра. И каждый разрыв создавал два новых витка, которые служили одной цели: распространиться и захватить. Чем больше существо сопротивлялось, тем крепче вязло в собственном страхе. В итоге тело полностью утратило способность двигаться. Смирительная рубашка выиграла время. Когда Аарон отдалился на недоступное расстояние, магическая связь оборвалась, а ленты испарились в небытие.
Существо поднялось на ноги. В тёмных орбитах родились очертания человеческих глаз. Он моргнул. И глаза вновь загорелись.
– Мы ещё встретимся, Аарон. – сказал он.
Он обернулся. Позади стоял солдат в униформе вооружённых сил Деона.
– Что прикажете делать, сэр? – безэмоционально спросил человек.
– Они ушли.
– Бросить отряды в погоню?
– Их время ещё не пришло.
– Как скажете, сэр. Как прикажете поступить с городом?
– Уничтожить. Очистить огнём от людей, – невозмутимо ответил он.
– Будет исполнено, – сказал солдат и отдал по рации приказ о ликвидации поселения. Из далека слышались предсмертные вопли людей, которые терялись в грохоте сотрясающихся зданий. Одна из ракет прилетела в локомотивное депо и разорвалась перед лицом потустороннего. Дым расселся. Никакого урона взрыв ему не нанёс. Однако солдат, отдавший приказ о ликвидации, превратился в кровавую кашу из костей, крови и плоти.
– От судьбы не спрячешься, – произнёс он, рассматривая человеческие останки.
Когда пушки умолкли, город погрузился в мёртвую тишину. Ни единой души не осталось. Деревья полыхали. Из бетонных стен торчали искривлённые куски арматуры. Из-под обломков тянулись обмякшие руки людей. Чёрный дым клубами вздымался вверх и рассеивался в голубых небесах.
4
Локомотив преодолел пятьдесят километров пути. Ева заняла место машиниста. Сэм пытался привести в чувства Аарона. Сердце едва билось, кожа приобрела слегка синеватый оттенок.
– Эй, открой ящик, который у тебя над головой. Там должна быть аптечка, – сказала Ева.
– Не думаю, что ему поможет пластырь и бинт.
– Тебе и не нужно думать. Просто достань аптечку, – раздражённо ответила она.
– Ладно, ладно, – сказал Сэм и потянулся к настенному ящику. На верхней полке лежал прямоугольный планшет толщиной в десять сантиметров. В углу изображён красный плюс. Единственный признак, который указывал о его принадлежности к медицине. Снизу стопками громоздились папки с документацией.
– Мобильная медицинская лаборатория, неплохо.
– Конечно, а ты думал, что мы бинтами и аспирином лечимся?
– Не сомневался, – пробормотал он.
Запустился режим диагностического обследования. Внешняя камера сканировала и оценивала физическое состояние больного. Но ничего, кроме шрамов и следов крови, она не обнаружила. Отметила только неестественный оттенок кожи. На левой стенке открылся отсек, из которого появилась армия микроботов. Они собирали информацию о каждом дюйме тела. Исследовали кровь и мочу, измеряли пульс и температуру тела, делали рентген-снимки, проводили узи органов, а также проверяли рефлексы и реакцию на внешние раздражители. Вердикт неутешительный. Пациент находится в состоянии комы. Аарон застрял между жизнью и смертью. Теперь многое зависит от него. Он должен держать равновесие, сохранять покой и двигаться от эпицентра бури к проблескам света, иначе холодная и пустая тьма поглотит его разум.
– Он в коме, – констатировал Сэм.
– Проклятие! В Индаба ему не помогут.
– Почему?
