Главное, чтобы они приносили свою добычу в одно место, не все сжирали… тейн тоже решал несколько задач. И королю поможет, и себе тоже, и брат Тома перестанет ныть над ухом… любимого человека он потерял, извращенец! Ха!
Решено!
И тейн еще раз глубоко поклонился его величеству.
– Прекрасная эрра, вы позволите?
Мария обернулась на приятный бархатистый голос.
– Хм?
Если бы она не знала Феликса, сказала бы, что рядом с ней просто великолепный и восхитительный мужчина. А так… хорош, но до их личного эльфа не дотягивает. Утонченности не хватает.
Феликс словно статуэтка, вырезанная рукой мастера, а над этим парнем работал подмастерье. Но все равно хорош.
И светлые волосы, и фигура, в меру стройная и мускулистая, и большие голубые глаза, и дорогая одежда. И даже украшения – серебро.
Значит, не эрр.
– Исс?
– Исс Меро, к вашим услугам, прекрасная эрра.
Мария подняла бровь.
Он что – идиот? Конечно, она сейчас очень неплохо выглядит, и очень сама себе нравится, но она же беременна! И это заметно!
И ноги у нее отекают, и круги под глазами есть… это беременность не в семнадцать, а в тридцать пять с хвостиком. Как ни повторяй, что дети – это счастье, берут-то они все из организма матери. И в семнадцать лет взять можно больше, а отдать легче. В тридцать пять возраст сказывается.
– Что привело вас сюда, исс?
– Я просто катался, эрра, – исс понял, что обаяние не срабатывает, и стал улыбаться чуточку скромнее. И пафоса поубавил.
– Замечательно. Вы тут живете, неподалеку?
– Да, эрра. В поместье Стоунов. Временно гощу в этом тихом и очаровательном месте. И теперь оно стало для меня втрое прекраснее, здесь появились вы!
Мария пожала плечами.
– Мы снимаем дом, тут, неподалеку. Что ж, была рада знакомству, исс Меро.
О том, что она сама не представилась, Мария предпочла скромно забыть. Не удалось.
– Эрра, но мы ведь не познакомились! Вы так и не назвали своего имени!
– Эрра Мари Нейман.
Феликс щедро разрешил и ей и Анне пользоваться своей фамилией. А что – у него есть мать, есть сестры, пока кто-то сообразит, что это другие люди, год пройдет. Тем более что Феликс все подтвердит.
За «мать» он получил подзатыльник, увернулся, конечно, сошлись на тетке по отцу. А Тину с Мелиссой и так никто не искал. Альтоны они – и Альтоны.
– Эрра, – исс склонился перед ней в немного нарочитом глубоком поклоне, поднес ее руку к губам, и Мария сообразила, что ей напоминают его ужимки.
– Исс, вы имеете какое-то отношение к театру?
Вопрос был неожиданным, и потому мужчина ответил честно:
– Да. Я актер…
И не из ведущих, скорее на амплуа героев-любовников. Мордашка смазливая, но переигрывает. Впрочем, говорить это вслух Мария не стала – зачем?
– Не сомневаюсь, когда вы выходите на сцену, зал замирает в восхищении, исс.
Мужчина расплылся в улыбке.
– Эрра, я был бы счастлив пригласить вас на мой спектакль! И играл бы только для вас!
Мария пожала плечами.
– Исс, я не люблю театр.
Вот так. Тебя мне еще не хватало для полного счастья… продолжая логическую цепочку – а что ты делаешь в гостях, а? Театр – тот еще змеиный клубок, актер ушел, актер потерял роли, про актера забыли, ты, мальчик, далеко не Миронов, Абдулов или Табаков. Возвращаться придется с болью и кровью. А ты живешь тут и явно никуда не торопишься, и отлично выглядишь? А за чей счет банкет?
Да-да, здесь актер профессия не слишком уважаемая, и что интересно – сдельная. Сыграл спектакль – получил оплату. И не из госбюджета, а то, что зрители принести соизволят. Нет у спектакля успеха – соси лапу, а это продукт некалорийный. И уж точно на зарплату актера такой жилет не купишь, на него серебра пошло втрое от стоимости, на вышивку! Здесь ведь нет сплавов, здесь серебро и золото настоящие! И стоит такое удовольствие дорого.
Жиголо?
Почему нет? Здесь за это даже не осуждают, здесь профессия актера и подразумевает определенную вольность нравов. Талант?
Не будешь спать, с кем скажут, полетишь с подмостков вперед головой. С талантом в обнимку.
Исс изобразил разочарование, но смысл понял. Мария держалась вежливо, и это максимум того, на что он может рассчитывать.
– Мне так жаль, эрра…
Мария пожала плечами. Ей как раз жалко не было.
– Прощайте, исс.
– С вашего позволения – до следующей встречи.
– Не думаю, что она необходима.
– Умоляю, эрра, не лишайте меня надежды!
Дурак он, что ли?
Мария просто не понимала этого желания навязаться! Ладно еще, была б она семнадцатилетней красоткой в здешнем стиле, блондиночкой с достоинствами в два раза больше, чем у Дианы! Тогда понятно. А сейчас его чего разобрало?
А, неважно. Лучше это дело обрезать сразу, а то для некоторых слово «нет» вообще не аргумент.
– Исс, я не имею права подавать вам никаких надежд.
Так – дойдет? Хотя некоторым надо предъявить другого мужчину, с во-от такими бицепсами. Ничего, Феликс и так обойдется, одним очарованием.
Мария развернулась и пошла прочь, мысленно представляя, как этот самый исс прицеливается поцеловать ей ручку… и та превращается, превращается ручка, ручка превращается в змеиный хвост[31].
И хвостом, да по смазливой морде, да с размаху…
Нет рядом никого, но и такого – не надо!
