– Ребята, у меня к вам большая серьезная просьба, – сказал Эдриамар. – Надо, чтобы вы как можно скорее узнали, скольких демонов обезвредили ваши коллеги, когда их начальник общался с таинственной Машей. Нужно не примерное количество, а точное число.
– Как же мы его узнаем? – удивился Андрей. – Демоноборцы относятся к другой структуре, к их базам данных у нас доступа нет. Если вам очень нужна эта информация, придется связаться с Кондрашовым и все ему рассказать.
– Можно позвонить Маргарите, – заметила я. – Возможно, она сумеет помочь.
Маргарита помогла лишь отчасти.
– История с Машей случилась два года назад, – сказала она Кутузову, когда он сумел ей дозвониться. – Конечно, я не помню, сколько демонов мы уничтожили. Счет шел на десятки, и после двадцать пятой зачистки я их считать перестала. Знаете, что? Статистику можно найти через мой рабочий компьютер. В нем есть программа выхода в глобальную базу данных.
– И у тебя есть к ней доступ? – удивился Андрей.
– Есть. Правда, не полный, а частичный, но вам его должно хватить. Выкладки по ликвидированным интуристам никогда не были секретными. Наоборот, ими принято гордиться: смотрите, мол, какие мы молодцы. Статистика этого года, скорее всего, закрыта, зато в архиве можно копаться сколько угодно.
Копаться в архиве мы отправились на следующее утро. Дождавшись, когда Ерохин уйдет из кабинета, Кутузов включил компьютер Юсуповой и запустил нужную программу.
– Это какой-то сюр, – сказал Андрей, когда на мониторе появилось окно поиска. – Кто бы мог подумать, что однажды я полезу в компьютер начальницы, потому что меня попросит об этом парень из другого мира? Кто бы мог подумать, что я в принципе буду с ним общаться? Это неправильно и незаконно. Тем не менее я осознанно совершаю преступление и не испытываю ни малейших угрызений совести.
– Это все из-за меня, – усмехнулась я. – Не втяни я тебя в эту историю, сюра в твоей жизни было бы гораздо меньше.
– Надеюсь, ты понимаешь, что теперь ты – моя должница?
– Конечно, понимаю.
– Чем думаешь расплачиваться?
Я развела руками.
– У меня ничего нет. Единственное, что я могу сделать, это выйти за тебя замуж.
Кутузов повернул ко мне голову. Я думала, он отшутится или скажет какую-нибудь колкость, вроде «Не надо меня пугать» или «Я такую валюту не принимаю», но Андрей серьезно посмотрел мне в глаза, после чего сказал:
– Заметь, ты предложила это сама.
Я хотела ответить, что от такой супруги будет больше проблем, чем пользы, но не успела. Окно поиска на мониторе компьютера неожиданно дрогнуло и потребовало ввести личный пароль Маргариты Юсуповой.
Кутузов ввел какую-то комбинацию символов, но система ее не приняла.
– Приехали, – пробормотала я.
Андрей усмехнулся и достал телефон, чтобы еще раз позвонить Маргарите. Та оказалась вне зоны действия сети.
– Что будем делать?
Кутузов пожал плечами.
– Надо поискать пароль в ее бумагах, – предложила я. – Она наверняка где-нибудь его записала.
Андрей открыл ящик стола. Он был доверху забит папками с документами, блокнотами и ежедневниками.
– Пожалуйста, – сказал он, – ищи. К ее приезду как раз найдешь.
– Ладно, – кивнула я. – Возможно, пароль знает кто-то еще? Программисты, например? У вас есть программисты, Андрей?
– Пароль могут подсказать аналитики, – ответил тот. – У них есть доступ ко всему на свете. Но к ним ты пойдешь сама.
– Почему?
– Меня там не любят. Считают, что я лишил их талантливой сотрудницы.
– Понятно. Но что я им скажу? Они наверняка спросят, зачем мне понадобился пароль Маргариты Денисовны.
Андрей развел руками.
В отдел аналитики я отправилась, находясь в глубокой задумчивости. Поначалу я хотела отказаться от этой идеи, но потом решила попытать счастья – среди умников спецуправления проходил практику мой однокурсник Макар, а значит, шанс получить заветный ключ у меня все-таки был.
Теперь же я стояла перед Хотылевой и размышляла, что бы такого соврать. В голову ничего не приходило, поэтому я сказала правду:
– Мне нужен пароль от компьютера моей начальницы.
– О! – понятливо протянула Вика. – И тебе тоже?
– В каком смысле – тоже? – не поняла я.
– В прямом. В прошлую пятницу я приходила к Бакланову с точно такой же просьбой.
Мои брови удивленно взлетели вверх. Однокурсница огляделась по сторонам и, убедившись, что мы в коридоре одни, отвела меня к окну.
– Видишь ли, Сашенька, я тут поняла, что криминалистика – это не мое. Не интересно мне сидеть над пробирками и рассматривать через лупу нити дурацких проклятий. Проблема в том, что я осознала это только сейчас, а моя начальница Татьяна Евгеньевна – месяц назад. Она – тетка строгая, и мне требовалось убедиться, что в характеристике, которую я получу после окончания практики, не будет ничего… ну… ничего неправильного, понимаешь?
– Не совсем.
– Если она укажет в ней все мои косяки, отец меня убьет. Недавно я узнала: Евгеньевна создала папку, в которую складывает на меня компромат – файлы с результатами моих исследований, какие-то фото и заметки. Поэтому попросила Макара раздобыть пароль, чтобы найти эту папку и удалить.
– И Макар тебе помог?!