Маг мягко подталкивает ее за плечо в сторону кухни. Сейчас, когда здесь нет ни Михаила Ефимовича, ни Анжелины, ни кого-то еще, это место кажется почти уютным.
— Сядь, — Серафим кивком указывает на тот же стул, с которого она поднялась, кажется, вечность тоскливых раздумий назад, а сам принимается заваривать чай, вытащенный откуда-то из верхнего шкафчика. — Еда будет чуть позже, я давно и прочно подсел на услуги доставки, так что холодильник пуст. Пока. Разве что яблоко предложить могу.
— Спасибо, я не голодна, — на самом деле есть хотелось. Но выходило как-то некрасиво. Саша и так понятия не имела, как оказалась на диване бывшего наставника и что произошло в том лесу.
Саша могла себе признаться — в детской наивности правда хотела, чтобы Серафим, который до того помогал разобраться в новом для нее мире, тогда вступился и вытащил ее из той камеры предварительного заключения. Теперь она знала, почему этого не произошло. И, как ей казалось, Серафим был искренен в своем сожалении о случившемся, высказанном, к тому же, прилюдно. Но это знание вовсе не значило, что теперь нужно напрягать бывшего наставника своим присутствием.
Больше всего она хотела оказаться дома, свернуться на кровати под одеялом так, чтобы никто никогда не нашел, и просто забыть о последних месяцах. В идеале — о последнем годе своей жизни.
— Саш, не дури, — маг ставит перед ней приятно пахнущую чашку с чаем, от которой, кажется, тепло исходит даже в Отражении. Или не кажется? Сам Серафим садиться на другой стул, не приближаясь. Саша ему благодарна, так хотя бы создается иллюзия, что рядом никого нет. — Ты хочешь есть, пить, помыться, получить ответы и больше всего свалить подальше отсюда туда, где обо всем пережитом ничего не будет напоминать. И я тебя прекрасно понимаю. Но, к сожалению, пока последнее мало выполнимо. Не потому, что я злобный тиран, а потому, что и твое состояние пока не самое лучшее из возможного, и шанс, что до тебя решат дотянуться члены общины или их прикрытие из Ордена слишком высок. Не говоря уже о ком-то, кто может узнать о твоей связи с менгиром и пожелать воспользоваться ей с самыми неприятными для тебя последствиями. Пока о том, что ты жива, знаем я, Миша и Анжелина. И пусть так и остается на данный момент. Так что пока мы не разберемся со всем этим дерьмом придется немного потерпеть мое общество.
Саша, словно против воли, обхватывает чашку руками. Теплая. И тепло это почему-то успокаивает.
— Я справлюсь сама. Доберусь домой.
— Я не сомневаюсь. Но ты уже достаточно пострадала во всей этой затеянной мной и Михаилом операции, чтобы дальше увеличивать риски.
Саша чуть сдавливает чашку. В ее голове витают самые разные образы. И она слишком устала, чтобы их отгонять. Кажется, недавний разговор отнял все ее силы после пробуждения, и оставшихся хватает только на самое поверхностное осмысление сказанного.
— Я рассказала все, что знала. Даже если я связана с тем камнем… Не все ли равно теперь?
— Нет, — твердо отвечает Серафим. — Совершенно точно нет, — он продолжает на порядок мягче, — Выпей, Саш. Ты устала. Да и со всеми этим разговорами и я устал.
Она только сейчас замечает, что рядом с магом стоит такая же кружка. И Серафим выпивает ее в пару глотков. Саша колеблется пару мгновений, но все же следует его примеру. Травяной чай не похож на первый сегодняшний напиток, но все же, на удивление, приятен на вкус.
Серафим смотрит на нее со странным выражением явного… Сожаления? Вины?
В Отражении пусто. В этом доме сейчас Саша вообще ничего не ощущает — хотя за прошедшее в Свободе время привыкла чувствовать Изнанку и все, что она рассказывала о мире. Но Серафим явно не в курсе этих переживаний. Или делает вид, что не в курсе.
— Давай по-честному — я поступил по-свински. Я привел тебя в наш мир, я стал твоим наставником — и оставил тебя один на один со всей этой историей с пацаном колдуна и доморощенными феодалами. И ты имеешь полное право на меня злиться, меня ненавидеть, обижаться и не желать видеть никогда в жизни. После того, как все закончится, я не буду тебя ни в чем ограничивать, ты сможешь поступить, как считаешь нужным. Послать меня, Орден, мир Затронутых… Но пока я просто не могу отпустить тебя. Здесь ты в безопасности, хоть и взаперти. За пределами моего дома я не способен это гарантировать, даже в Резиденции может быть небезопасно. Предатель среди Ордена — это серьезно.
— Я не могу сидеть здесь просто так, — Саша качает головой. — Я обещала… — образы проносятся перед глазами, и она сглатывает, стараясь отвлечься от навалившихся эмоций. — Неважно. Я должна помешать Свободе и их плану.
