Наконец, мокрый до нитки Рон вытаскивает Гарри из озера, хлопает его по щекам, обрезает мечом цепочку и отбрасывает в сторону медальон… Мне кажется, проходит вечность, прежде чем Гарри окончательно приходит в себя и вскакивает на ноги.
Их голоса практически не слышны – до нас доносятся только обрывки фраз. Кажется, сначала речь идет о медальоне – причем, Рона, судя по всему, тот факт, что Гарри полез с ним в воду, возмущает не меньше, чем Северуса. Затем они обсуждают лань, а потом – возвращение Рона. Вдруг Гарри резко бросается к дубам, за которыми мы прятались. Значит, Рон действительно что-то заметил. Хорошо, что я успел аппарировать.
– Ну, кто же так ищет, Поттер? – иронично шепчет Северус у меня над ухом. – Расчисти снег и не забудь посмотреть во-о-о-н под тем кустом.
Я зажимаю рот руками, чтобы не расхохотаться. Кажется, он уже пришел в себя, раз снова способен ехидничать. Это не может не радовать.
Как и следовало ожидать, за дубами Гарри ничего не находит. Мы ведь даже следов не оставляем. Некоторое время они с Роном что-то горячо обсуждают, затем подходят к плоскому камню, на который Гарри кладет медальон.
– Я смотрю, они решили не откладывать! – хмыкает Северус. – Что ж, это, пожалуй, правильно. Смотри внимательно, Невилл, такое ты увидишь первый и, надеюсь, последний раз в жизни.
– Что они делают? – удивленно спрашиваю я, различая звуки серпентарго, и вижу, что Рон крепче сжимает меч.
– Сейчас увидишь, – обещает Северус, и мне остается только верить ему на слово.
Внезапно из медальона доносится голос, и я вздрагиваю от неожиданности. В отличие от голосов Гарри и Рона, он звучит громко и четко, поэтому даже прислушиваться не приходится. Он говорит с Роном, говорит о его страхах и мечтах. Он говорит ужасные вещи, насквозь пропитанные ложью. Я знаю, что слушать его нельзя, но Рон смотрит на медальон, словно завороженный, не двигается и не слышит, как Гарри кричит, призывая его бить, уничтожить эту лживую тварь. Я трясу головой, отгоняя мысли, которые принадлежат не мне. Меня колотит дрожь.
Северус обнимает меня за талию и устраивает подбородок на моей макушке – сейчас он может себе это позволить. Его близость успокаивает, и дрожь становится слабее. Вдруг из медальона появляются две призрачные фигуры – Гарри и Гермиона. Они глумятся и издеваются над Роном, который стоит напротив них, бессильно опустив меч.
– Северус, – вкрадчиво говорю я, стараясь унять предательскую дрожь в голосе, – что это, мать его, за хрень?
– Эта, как ты на удивление изящно выразился, хрень, называется хоркрукс, – усмехнувшись, отвечает он. – Подробнее расскажу, когда вернемся.
– Правда, расскажешь? – недоверчиво уточняю я.
– Правда, – он крепче прижимает меня к себе и шепчет, касаясь губами моих волос: – Обещаю.
Я невольно улыбаюсь и продолжаю наблюдать. Призрачные Гарри и Гермиона продолжают насмехаться над Роном, поливая его грязью и преподнося несусветную чушь как прописную истину. Их тела переплетаются, губы находят друг друга…
– Я, конечно, догадывался, что Уизли свойственна некоторая мнительность. Но чтобы настолько… – произносит Северус как будто даже сочувственно. – Это многое объясняет.
Затаив дыхание, я смотрю на Рона. Ну давай же! Разбей его! Наконец, собравшись с духом, Рон высоко поднимает меч, размахивается и изо всех сил бьет по медальону. Раздается звон, а вслед за ним – протяжный вопль. Двойники исчезают. Рон роняет меч и падает на колени, обхватив руками голову.
– Хочешь еще посмотреть, или возвращаемся? – очень тихо спрашивает Северус.
Я мотаю головой и уточняю:
– Нет. Мне хотелось бы узнать, как Рон нашел их, но… это все… – я запинаюсь. – Давай вернемся. Пожалуйста.
Северус наклоняет голову в знак согласия и тут же аппарирует. Мы снова оказываемся в тесной гостиной в его доме. Он указывает на облупленный подсвечник, стоящий на столе, и демонстрирует мне три пальца. Я киваю. На счет «три» мы одновременно прикасаемся к подсвечнику, и вихрь магии уносит нас в Хогвартс.
Глава 50. Жизненные принципы
Портключ благополучно перемещает нас в кабинет директора. Северус твердо стоит на ногах, даже не покачнувшись, а я, естественно, грохаюсь на пол, да еще и ударяюсь о ножку стола ногой, которую и так уже успел подвернуть. Мою неуклюжесть он никак не комментирует, только протягивает руку и помогает встать.
– Мне нужно сообщить, что меч у Поттера, – говорит он. – Скоро вернусь. Когда придешь в себя, налей нам выпить. И не выходи из гостиной.
Отправляется он почему-то не в кабинет, а к камину. Наверное, ему так ближе. Куда уж мне разобраться в логике его поступков?
Я обессилено падаю в кресло. Ничего себе вышла прогулочка! Еще и этот… как он его назвал?.. а, точно, хоркрукс! Надеюсь, он действительно объяснит. Слово вроде знакомое…