Следом в полет отправляется Мандрагора. Верещит она так громко, что даже сквозь наушники немного слышно, а Пожиратели смерти зажимают уши ладонями и падают на землю, как подкошенные. Затем настает черед Астринга. Приземлившись, он, напуганный и разозленный полетом, тут же связывает ближайшего Пожирателя буквально намертво. Помочь ему даже никто не пытается, только шарахаются в сторону, чтобы их не постигла та же участь. Трусы!
Осмелев, ребята тоже хватаются за оружие и, устроившись у парапета, начинают атаковать наших врагов. Так мы и работаем – одни передают цветочные горшки, другие запускают снаряды. Рейвенкловка справа от меня – кажется, ее зовут Мэнди – с восторженным выражением лица обстреливает Пожирателей соком Инвизиаса. Однако ж!.. странно, что она в АД не попала – ей самое место в нашей теплой компании.
К сожалению, несмотря на все наши старания, Пожиратели, хоть и с потерями, все-таки добираются до школьного двора. Наших на улице пока не видно, поэтому гербологическую атаку мы продолжаем. Вот только теперь и у них есть возможность добраться до нас.
Пожиратели смерти задирают головы, беззвучно выкрикивают заклинания, некоторые из которых даже долетают до нас. Поэтому после запуска очередного снаряда нам приходится прятать головы и падать на пол. Заклятия ударяют в стены, рассыпаясь разноцветными искрами.
Мандрагоры вскоре заканчиваются, и мы снимаем наушники за ненадобностью. Да и мешают они – теперь хоть слышать друг друга можем.
Я уворачиваюсь от очередного заклятия и швыряю в Пожирателей еще один Астринг. Громкий вопль и ругательства звучат, как музыка. Так тебе и надо, сволочь!
Но долго моя радость не длится. Вслед за этим сразу же раздается:
– Авада Кедавра!
– Быстро, ложитесь! – не своим голосом кричит Спраут.
Я бросаюсь на пол, прихватив свою соседку справа, и падаю практически на нее. Башня на секунду озаряется зеленым светом, который почти сразу меркнет. Кто-то испуганно вскрикивает. Я сажусь и быстро оборачиваюсь.
Шестикурсник, который до этого стоял в центре, чуть правее меня, сейчас неподвижно лежит на полу лицом вниз. Спраут дрожащей рукой переворачивает его на спину. Мертвые глаза – такое ни с чем не спутаешь. Будьте вы прокляты, твари!
Одна из девочек всхлипывает. Спраут закрывает лицо руками. Моя соседка, все еще сидящая на полу, смотрит на меня с суеверным ужасом и бормочет что-то себе под нос. И это понятно – если бы я не сбил ее с ног, заклятие почти наверняка угодило бы в нее. Выходит, что я спас ей жизнь, но, тем самым, подставил под смертельное заклятие другого человека…
Стены и пол снова начинают дрожать – на сей раз так сильно, что тем, кто уже успел встать, не удается удержаться на ногах. Когда тряска прекращается, я решительно поднимаюсь и осторожно выглядываю наружу. Пожиратели в компании великанов пытаются проломить стену, а прищурившись, я замечаю, что от Запретного леса к школе движутся полчища акромантулов.
– Я пойду вниз! – отрывисто сообщаю я и открываю контейнеры, выискивая подходящее оружие ближнего действия.
– Вниз? Зачем? Ты здесь нужен! – возражает Спраут.
– Народ и без меня уже с растениями справляется, – не соглашаюсь я. – Только с заклятиями надо поаккуратней.
– Ты что-то берешь с собой?
– Да, возьму Тентакулу, – киваю я. – Ее яд не слишком опасен, но хоть координация движений у них нарушится, да и отвлекающий фактор…
– А если она кого-то из наших цапнет? – недоверчиво спрашивает Мэнди, которая уже немного пришла в себя.
– Наших? Моя Тентакула? Да она у меня уже года три, как ручная! Вот этих красавцев, – я указываю на оставшиеся снаряды, – не успел выдрессировать, потому что не мог в этом году часто бывать в теплицах… Пожалуй, цапень тоже возьму, – добавляю я задумчиво.
– Его-то зачем? – удивляется Спраут.
– Пригодится, – веско говорю я, набивая карманы Тентакулой и хватая контейнер. – Берегите себя, ребята! И наших не заденьте ненароком. А я пошел.
Бросив последний раз взгляд на мертвого паренька, я подавляю вздох и мчусь вниз по лестнице – туда, где идут сейчас главные бои. Я знаю, что мне не в чем себя винить. Но оставаться в башне и дальше выше моих сил.
До самых верхних этажей Пожиратели, похоже, пока не добрались, поэтому несколько пролетов я преодолеваю, не встретив препятствий. А потом встречаю Пивза.
– Видал, какая заварушка! – с искренней радостью восклицает он, делая сальто в воздухе. – Сроду такого не бывало!
– Не разделяю восторгов, – хмыкаю я, – но исключительно рад тебя видеть. Держи-ка! – я протягиваю ему контейнер.
– Что это еще за дерьмо, Лонгботтом? – подозрительно спрашивает он.
– Плоды цапня.
– На кой они мне?
– Ну, можешь сожрать, можешь швырять в Пожирателей, – с деланным равнодушием говорю я. – Но если не хочешь поразвлечься…
– Вечно ты к словам цепляешься!
Пивз выхватывает у меня контейнер с такой прытью, словно опасается, что я передумаю и отниму, и, разразившись гаденьким хихиканьем, скрывается в конце коридора. Отлично! Плоды цапня ничего, кроме сильного зуда и раздражения, не вызывают, но даже это может здорово отвлечь внимание.
