Княжич указал своим татарам на балку, которая была саженях в двадцати от хутора, и осведомился:
— Как мыслите, друзья, оттуда разговоры татар слышны?
— Коли громко говорить, то слышны, — ответил Баймак. — Ты, княжич, хочешь послать нас в эту балку?
— Не двоих, одного. Вот только как передавать сюда сообщения?
— Мы с Ильдусом давно в проводниках и разведчиках. Можем жестами переговариваться, как это немые делают, — сказал Баймак.
— Серьезно?
— А что в этом удивительного? Бывает, что важное донесение никак иначе не передашь.
— Молодцы! — Княжич повернулся к Агишу и распорядился: — Ильдус, покуда сумятица во дворе, ползи в балку, сиди там и передавай мне вести, если они будут важными!
— Слушаюсь, княжич! — сказал служивый татарин, забрал с собой свой мешок, оружие и пропал в траве.
Ни один стебелек не шелохнулся, пока он полз до балки. Вскоре Агиш добрался до неглубокого оврага, высунулся из него и показал, что все в порядке. Мол, я на месте, смотрю.
Княжич хмыкнул и сказал:
— Да, дивно! Как это вы так можете?
— Мы и не то можем, княжич, — произнес Баймак и улыбнулся.
— Да, я уже убедился в этом. Царь абы кого в особую дружину проводниками не отрядил бы.
— Это так!
— Смотрим!
Отряд рассредоточился вдоль полосы кустарника. Все смотрели за Алатом, ожидая команды на сбор перед атакой.
Вслед за гонцом на хутор прибыли трое нукеров, с ними две повозки. Они встали у большого дома. Нукеры что-то вынимали из телег.
Из них же по одной начали выскакивать девушки в синих, бордовых, зеленых длинных платьях с украшениями, в платках, закрывавших лица. Они быстро побежали в дом.
Ими командовала женщина, которая была выше, плотнее, заметно старше других. Наложницам на вид можно было дать от двенадцати до четырнадцати лет.
— Любит мурза молоденьких девчонок, — заявил Баймак.
— Так они же мусульманки, — воскликнул княжич. — Или это наших пленниц обрядили в их одежки?
— Нет, это местные, из разных племен и родов, которые поработил в свое время Сафа-Гирей. Да, они мусульманки, но это совершенно не важно.
— Сволочь!
Баймак улыбнулся и ничего не сказал.
Не прошло и двадцати минут, как по дороге, идущей от переправы через Казанку, подошли еще всадники.
— А вот и мурза с охраной, — проговорил Баймак.
У дома встали семь всадников и спрыгнули с коней. Один из них выделялся среди других богатым убранством. Это, конечно же, и был мурза Захир. Его встречал Мустафа, кланялся в пояс, что-то щебетал.
Мурза прошел с ним в дом. Обувь он, как принято у мусульман, оставил у двери, а оружие взял с собой.
Старший нукер подал какую-то команду. Все его спутники пошли к повозке, на задке которой был закреплен объемный баул. Там же лежали какие-то жерди и доски. Все это нукеры сняли с повозки, оттащили чуть восточнее большого дома и бросили на землю.
— А это что, Анвар? — спросил княжич.
— Шатер. В доме мурзы нукеров не разместить, места не хватит, да и мешаться они будут. В мазанки их тоже не заселишь. Это же не голь перекатная. Вот и ставят шатер.
— Значит, охрана в большинстве своем будет находиться в шатре?
— А кто его знает. В шатре или на улице. Но коли ставят, то не просто так.
Княжич приказал привести пленного.
— Смотри на дом, на двор, на все, оцени, объясни! — приказал он ему.
— А что тут смотреть-то? Сколько наложниц привезли?
— Девять.
— Значит, мурза собирается провести здесь дней пять, от силы неделю, никак не более. Гости есть?
— Нет. Только наложницы и нукеры.
— В охране десять человек?
— С гонцом и тремя всадниками, которые сопровождали обоз, именно столько и выходит.
— Ну, тогда дня четыре пробудет.
— Шатер для нукеров?..
— Да. Так всегда было.
— Ты об этом не говорил.
— А ты не спрашивал.
— Сколько нукеров ночью будут охранять мурзу?
— Наверное, как и всегда. Двое или трое. Это скоро выяснится.
— В первый день что мурза обычно делает? — поинтересовался княжич.
Пленник усмехнулся и ответил:
— Гуляет от души. Погоди еще немного, начнется веселье.
— Если он без гостей, с кем гулять будет?
— Здесь Мунир, начальник отряда нукеров, очень плохой человек. Никуда не делся и Мустафа. С ними мурзе даже проще, чем с вельможами. Они во всем угождать ему будут.
— Невольники во время гулянки что делают?
— Под замком сидят. Если понадобится воды нагреть, дров наколоть, то выведут.
— Ладно. — Княжич посмотрел на дом, двор, опять повернулся к пленнику. — А скажи мне, воины в охране сильные?
— Такие же, как я. Есть и послабее. Это же охрана так себе, потешная, как у вас говорят. Коли она есть, это значит, что вельможа важный пост занимает. А в бою против вас они слабы.
Княжич чуть подумал и задал очередной вопрос:
— Коли вырвется кто из Алата и проскочит в Казань, быстро помощь подойти может? Велика ли она будет?
