Однако никто не мог победить тревогу, которую вызывали у всех резервуары с горючим. Укладчики успешно решили задачу их выброски. Но даже несмотря на то, что в январе было проведено семь или восемь успешных испытаний, оставалось чувство, что с "пузырями" будут проблемы. Подозрения, что они не являются решением вопроса с дозаправкой, никуда не делись. Однако никто не мог придумать ничего лучше, чем эти емкости, пока на Чака Гиллмана (псевдоним) не снизошло вдохновение.
Я знал Чака по Юго-восточной Азии, где он занимался воздушными операциями ЦРУ в Лаосе. Я считал, что он знал о воздушном обеспечении специальных операций больше, чем кто-либо в Агентстве в тот период. Во время одной из тренировок с резервуарами – в данном случае проходившей на самой большой и безопасной из площадок приземления в Форт Брэгге, именуемой "Ди-Зи* Голландия" – Чак был поблизости. Выброска прошла хорошо, и когда я уже собрался было возвращаться в "форт", он подошел ко мне. Он не был доволен увиденным. "Предположим, что вы не сможете найти эти пидорские хрени, или они свалятся в овраг, и вы не сможете вытащить их оттуда? И я вижу, что перекачка идет слишком медленно. Все, что тебе надо, Чарли, это посадить в пустыне самолеты с топливом. Возьми несколько танкеров и заправь вертолеты с их помощью".
Такими самолетами могли быть EC-130, способные перевозить 3000 галлонов** топлива в громадных резервуарах. Все аргументы против этого способа дозаправки исходили от офицеров планирования ВВС, которые, не зная точного места посадки, выражали опасения, что поверхность пустыни не выдержит ЕC-130. Смысл их возражений был понятен всем. У Чака Гиллмана был ответ. "Давайте возьмем двухмоторный самолет КВП (короткого взлета и посадки), прилетим на нем из соседней страны и приземлимся в тщательно выбранном месте, которое группа планирования наметит в качестве "Пустыни-Один". Другими словами, давайте серьезно подойдем к выбору места, затем отправим туда специальный самолет с людьми, способными подтвердить, что EC-130 смогут сесть там и взлететь. Он продолжил: "Я летал над этим районом, и знаю, что это можно сделать. Мы обследуем место, сфотографируем и возьмет образцы грунта, все, чтобы убедить ВВС, что они могут прилететь и посадить там свои птички с топливом. И, в самом деле, давайте возьмем с собой офицера ВВС. Это придаст больше доверия всему нами сделанному".
Мы отловили генерала Войта в конференц-зале "форта". С ним был прибывший в Центр имени Кеннеди офицер связи ЦРУ. Было около восьми вечера, и для всех это был долгий день. Чак Гиллман изложил свою идею. Будучи выпускником Гарварда, он был очень красноречив. Чак мог втюхать кому и что угодно. Друзья в Агентстве рассказывали, что всякий раз, когда им нужно было протолкнуть что-то сложное, они засылали Чака Гиллмана. Прошел час, и генерал Войт был убежден, что это стоящая идея. Он сказал, что попытается преподнести ее председателю, генералу Джоунзу.
В течение следующих нескольких дней генерал Войт продемонстрировал эту идею в Пентагоне, и из его телефонных звонков я понял, что генерал Джоунс будет пытаться получить одобрение Белого Дома на вылет КВП.
"Дельта" вновь отправилась на запад для тренировок с вертолетами. Кое-кто из парней считал, что пилоты не слишком-то улучшили свои умения, и их мнение о них начало ухудшаться. Я не считал, что все так уж плохо, как им кажется. Однажды погода стала совсем отвратной. Темно-фиолетовые тучи катились по небу от горизонта до горизонта. Началась сильная гроза, дождь лил как Ниагара. Из-за скопившегося в воздухе электричества один из пилотов решил, что лететь небезопасно. Безгубый сказал: "У нас тут полный вертолет людей, сэр. А если мы будем в Иране, и пойдет такой же дождь, и будут молнии, что мы будем делать?" Но генерал Гаст продолжал уверять меня, что пилоты становятся лучше. Их командир, разумеется, знал, что пилоты совершенствуются, однако я не был уверен в полковнике Сейфферте. Мне нужно было достаточно долго пообщаться с человеком, посидеть с ним в одном окопе, прежде чем я мог полностью доверять ему.
Для пилотов вертолетов недавно была введена новая навигационная система. Именуемая PINS***, она должна была стать дополнением к системе "Омега"****, которую они использовали, и с которой были хорошо знакомы. Каждая система требует дублирования по той же причине, по которой стрелки Дикого Запада носили по два револьвера. Это было разумно, однако техники, проводившие обучение, не были уверены, что у пилотов лежит душа к ее изучению. С другой стороны, все хотели быть уверены в этих "кожаных загривках". Если не они, то кто? Если не сейчас, то когда? Морпехи получили презумпцию невиновности.
