- Значит так, - авторитетно начал Делеваль. – Собрать трупы и снять оружие с подбитых «Кентавров». Я не хочу, чтобы повстанцы использовали наше оружие и снаряжение против нас. Отступаем к главному проспекту, и дальше продвигаемся по первоначальному плану.
- А как же экипаж «Призрака»? – спросил Криг.
- Им придется выбираться самим. Мы честно пытались помочь.
- Это неприемлемо, лейтенант, - заявил кадет-комиссар.
- Я не знаю, может, вы не заметили, комиссар, - прошипел Делеваль, явно разозленный. – Но у нас на пути лежит чертов поезд. И что нам с этим делать? Нам было приказано отклониться от первоначального маршрута, что мы и пытались сделать. Все складывается так, что если эти несчастные летуны не погибли при падении, то скоро они об этом пожалеют – судя по тому, как эти ублюдки набросились на нас.
- Если бы был другой обходной путь, флотские бы послали самолеты разведать его для нас, не так ли? – спросил Прид.
Криг обнаружил, что удивленно кивает. Можно было этого и не делать. Огромный Прид был похож на некое гигантское травоядное, не боявшееся хищников. Он перерос опасности окружающей его среды, и мог не бояться ульевиков. Кроме того, все знали, что к нему прислушивается капитан Раск. Он мог позволить себе не соглашаться с Делевалем.
- Мы тоже можем сильно пожалеть, если задержимся здесь, - добавил Бронстед.
- У нас нет времени задерживаться, - сказал Делеваль. – Если мы не двинемся в путь – немедленно! – то не успеем добраться до титана вовремя. Как думаете, майору это понравится? Он спас экипаж титана, но у него нет транспорта, чтобы эвакуировать их. Со всем уважением, святой отец, вы с Кригом в первый раз вышли на задание такого рода. Мы будем выполнять поставленную задачу. Флотским придется самим позаботиться о себе.
Лейтенант повернулся и собрался уходить – явный знак, что импровизированный военные совет закончен. Бронстед тоже пошел обратно.
- Дайте мне пару ваших людей, - обратился Криг к лейтенанту. Его голос был хриплым от пыли, и было трудно сказать, просит он или приказывает. – Мы проберемся к «Призраку» пешком, и, если получится, выведем оттуда выживших к вашему первоначальному маршруту с другой стороны пути. Вам все равно придется объезжать поезд. Если у нас не получится, вы сможете двигаться дальше по плану.
Вольскианский командир взвода повернулся к Кригу. Между ними пролетел яростный поток лазерного огня. Огромный архиерей пожал плечами, давая знать, что не возражает. Лицо лейтенанта было искажено ненавистью, но когда он оглядел молодого комиссара, его выражение изменилось: казалось, вольскианца что-то развеселило.
- Хорошо. Я дам вам даже трех человек, - сказал Делеваль, и, обернувшись, крикнул: - Теркл, Снайдер, Гойнц! Идете с комиссаром.
Криг ожидал от ульевиков потока ругани и жалоб, или даже прямого отказа. Но те лишь многозначительно прищурили глаза, а Гойнц хихикнул.
- Спасибо, - произнес Криг, несколько удивленный.
- Увидимся на другой стороне, - сказал Делеваль, и ушел вместе с Бронстедом. Прид кивнул Кригу, поправил свой монокль и отправился за ними.
Три вольскианца прижались спинами к грузовому контейнеру и начали лихорадочно перезаряжать свои дробовики. Голлиант вернулся после недолгого отсутствия. Он погрузил трупы членов экипажа «Железного Огня» на один из неповрежденных «Кентавров», и снял с подбитой машины тяжелый стаббер. Оружие было настоящим монстром, с рукояткой пистолетной формы и ручкой для переноски сверху, с ленточным питанием и длинным толстым стволом воздушного охлаждения. Помощник Крига также забрал из «Кентавра» боеприпасы, повесив запасные патронные ленты на каждое плечо.
- Голл, тебе не обязательно идти. Отправляйся с колонной…
«Стальное Святилище» и остальные «Кентавры» уже откатывались назад, выходя из-под града ракет и лазерного огня, которым осыпали их мятежники.
- Как же я тогда смогу защищать вас? – спросил огромный вольскианец, напрягая голос, чтобы его было слышно за выстрелами. Взмахнув длинным стволом стаббера над головой комиссара, он присоединился к троим солдатам у гофрированной стены контейнера. Выхватив хеллпистолет из кобуры, Криг бросился за ним.
«Вертиго» быстро снижалась.
- Бенедикт, готов открыть огонь?
- Да, флайт-лейтенант.
- Тогда врежем им.
Словно некий ангел мщения, «Призрак» мчался над индустриальным ландшафтом. Держа штурвал одной рукой, другой Розенкранц включила барабаны крыльевых автопушек. Большим пальцем она нажала гашетку, выпустив два пылающих потока смерти и трассеров по крыше склада.
Сам складской комплекс был настоящей мечтой снайпера: прямоугольники плоских крыш-террас, соединенных мостками. Все это могло служить отличным укрытием – по крайней мере, с земли. Толпы мятежников заполняли комплекс, обрушив град выстрелов на «Белый Гром», лежавший разбитым на камнебетонной площадке внизу. Но ничто не могло спасти их от карающего огня «Вертиго» с неба. Грохочущие автопушки оставляли на крышах борозды обгорелого, покореженного металла, превращая толпы повстанцев в дымящееся кровавое месиво.
