Прид, висевший на кончиках пальцев с Розенкранц за спиной, снова опустился за край крыши, когда воительница Сороритас подняла болтер и сделала несколько шагов к краю. Внезапно одна могучая рука экклезиарха метнулась вверх и, схватив Сестру Битвы за лодыжку, сдернула ее с крыши. Выронив болтер, воительница в черной броне полетела вниз, в ужасающую пустоту, на камнебетон внутреннего двора. Гравитация вцепилась в нее с неодолимой силой. Она успела выхватить из кобуры болт-пистолет, но несколько неточных выстрелов из него ушли в небо. К тому времени Розенкранц и Прид уже взобрались на крышу.
Нельзя было терять ни секунды. С каждым проходившим мгновением на крыше умирали люди. Грохоча тяжелыми шагами по крылу «Валькирии», стоявшей позади «Вертиго», Прид бросился к кабине пилота, Розенкранц старалась не отставать. К тому времени, когда она догнала священника, он уже схватился за фонарь кабины. Праведный гнев экклезиарха, распаленный тяжелым подъемом по стене и близкой встречей со смертью несколько секунд назад, вышел из берегов. С бешеным ревом священник вцепился в бронестекло.
Розенкранц видела, что инквизиторский пилот в кабине, выпучив глаза от страха, схватился за свой флотский пистолет. Фонарь кабины стал медленно поддаваться усилиям Прида. Из частично открывшейся кабины высунулся ствол пистолета, уставившись в оскаленное лицо священника. Розенкранц быстро просунула руку под открывшийся фонарь и дернула рычаг аварийного катапультирования. Ей пришлось зажмуриться и зажать уши, когда сработал ракетный двигатель катапультной системы, и кресло пилота улетело в небо. Когда из-за широкого рукава рясы показалось лицо Прида, экклезиарх свирепо ухмылялся.
Розенкранц нырнула в опустевшее пространство кабины и скользнула в кресло второго пилота, расположенное ниже.
- Прид! – позвала она.
Священник кивнул и опустил фонарь кабины на место. После этого экклезиарх бросился в десантное отделение «Валькирии», где сидели молчальники-пробисты с тяжелыми болтерами.
У Розенкранц сейчас было две главных задачи. Первая: прекратить огонь по штурмовикам из десантного отделения только что захваченной «Валькирии». И вторая: не позволить второй «Валькирии» и «Вертиго» стрелять по ней.
Ей было приятно снова оказаться в кабине самолета, и ее пальцы автоматически скользнули по рунам приборной доски. Розенкранц летала на «Призраках», но подготовку проходила на «Валькирии», и мгновенно вспомнила детали ее управления.
