Давайте возьмём эти яркие технические детали и разложим их по местам. Эдипальный проект — это бегство от пассивности, от уничтожения, от случайности. Ребёнок хочет победить смерть, став отцом самого себя, создателем и опорой собственной жизни. Во второй главе рассматривалось, как у ребёнка в возрасте трёх лет появляется представление о смерти, но задолго до этого он уже начинает предпринимать действия для защиты себя от этой уязвимости. Этот процесс начинается естественно на самых ранних этапах жизни ребёнка, в так называемой оральной фазе. Это этап, когда ребёнок полностью дифференцируется от своей матери в собственном сознании, прежде чем он полностью осознает своё тело и его функции, или, как мы говорим технически, до того, как его тело станет объектом в его феноменологическом поле зрения. Мать в это время буквально составляет жизненный мир ребёнка. В этот период все её усилия направлены на удовлетворение желаний ребенка, на автоматическое облегчение его напряжения и боли. Ребенок, таким образом, в это время просто «самовлюблён», он непостижимый манипулятор и повелитель своего мира. Он живёт, наполненный собственным всемогуществом, и волшебным образом контролирует всё, что ему нужно, чтобы питать это чувство всемогущества. Ему нужно лишь заплакать, чтобы получить еду и тепло, потребовать луну и получить вместо неё восхитительную погремушку. Неудивительно, что мы рассматриваем этот период как «первичный нарциссизм»: ребёнок триумфально контролирует свой мир, контролируя свою мать. Его тело — это его нарциссический проект, и он использует его в попытке поглотить мир. Анальная фаза — это ещё один способ рассказать о периоде, в котором ребёнок начинает обращать внимание на своё тело как на объект в его феноменологическом поле. Он обнаруживает это и пытается его контролировать. Его нарциссический проект затем превращается в господство и обладание миром через самоконтроль.
На каждом этапе исследования мира и проблем, которые он ставит, ребёнок стремится изменить этот мир для достижения собственного величия. Он должен сохранять ощущение абсолютной власти и контроля, а для этого он должен культивировать некую независимость, убежденность, что он формирует свою собственную жизнь. Вот почему Браун, как и Ранк, смогли сказать, что эдипов проект неизбежно самогенерируется у ребёнка и направлен против родителей, независимо от того, как они ведут себя. Выражаясь парадоксально, дети сами приучают себя к горшку. Глубокий смысл этого заключается в том, что нет «идеального» способа воспитания ребёнка, поскольку он «сам себя ставит на ноги», пытаясь достичь абсолютного контроля над собственной судьбой. Поскольку эта цель невыполнима, каждая личность в какой-то степени фантастически нереальна, фундаментально несовершенна. Ференци хорошо подвел этому итог: «Характер с точки зрения психоаналитика — своего рода ненормальность, своего рода механизация определенного способа реакции, скорее похожая на навязчивый симптом».
Другими словами, нарциссический проект самосозидания, использующий тело в качестве основы для существования, обречён на провал. И ребёнок узнает это: именно так мы понимаем силу и значение того, что называется комплексом кастрации, как Фрейд развил его в своих более поздних работах и как его подробно описали Ранк и Браун. В новом понимании комплекс кастрации — это не реакция ребёнка на отцовские угрозы. Как, верно, указывает Браун, комплекс кастрации возникает исключительно в противостоянии с матерью. Это очень важное явление, и мы должны узнать подробнее, как же всё это происходит.
Это связано с тем, что мать монополизирует мир ребёнка; сначала она и есть его мир. Ребёнок не может выжить без неё, но, чтобы обрести контроль над своими собственными силами, он должен освободиться от неё. Таким образом мать являет ребёнку две вещи, и это помогает нам понять, почему психоаналитики говорят, что амбивалентность характеризует весь ранний период роста. С одной стороны, мать — это чистый источник удовольствия и удовлетворения, надёжная сила, на которую можно положиться. Она должна казаться богиней красоты и добра, победы и силы. Можно сказать, это её «светлая» сторона, и она ослепительно привлекательна. Но, с другой стороны, ребёнок должен сопротивляться этой самой зависимости, или он потеряет чувство, что у него есть власть над собственными силами. Это еще один способ показать, что мать, представляя надёжную биологическую зависимость, также оказывается фундаментальной угрозой.