Из этого обсуждения мы можем извлечь одну великую причину масштабных разрушений, которые человек причиняет миру. Он не просто естественным образом и в высшей степени разрушительный зверь, опустошающий всё вокруг себя, поскольку чувствует себя всемогущим и неприступным. Он, скорее, тварь дрожащая, что свергает мир вокруг себя до уровня собственных плеч, цепляясь за защиту и поддержку, и трусливым образом утверждает свои слабые силы. Таким образом, качества лидера и проблемы людей сочетаются в естественном симбиозе. Я задержался на нескольких уточнениях психологии групп чтобы показать, что сила лидера проистекает из того, что он может сделать для людей помимо магии, которой обладает. Люди проецируют свои проблемы на него, что придаёт ему его роль и статус. Лидер нуждается в последователях настолько, насколько последним нужен он сам: лидер проецирует на них собственную неспособность оставаться в одиночестве, свой собственный страх изоляции. Необходимо добавить, что если бы не было естественных лидеров, обладающих магией харизмы, люди должны были бы изобрести их самостоятельно — так же как и лидерам приходится создавать вокруг себя последователей, если таковых нет. Если мы акцентируем внимание на этой естественной симбиотической стороне проблемы переноса, мы придём к самому широкому её пониманию, составляющему основную часть дискуссии — и на ней я сейчас хочу остановиться.
Фрейд уже рассказал столько же о проблемах последователей, сколь и о магнетизме лидера, когда говорил о стремлении к переносу и о том, чего тот позволял достигнуть. Но как раз здесь и кроется проблема. Как и всегда он показал нам, где искать, но сам сфокусировался на слишком узком участке. У него было представление, как лаконично выразился Вольштейн, о том, почему человек попал в беду, и его объяснения проблемы почти всегда основывались на сексуальных мотивах. Тот факт, что люди были настолько склонны к внушаемости при гипнозе, был для него доказательством, что это зависит от сексуальности. Притяжение переноса, которое мы чувствуем к людям, оказывается просто проявлением самых ранних притяжений, испытываемых ребёнком к окружающим. Но теперь это чисто сексуальное влечение настолько погружено в бессознательное, что мы не понимаем, что действительно служит мотивом наших притяжений. По безошибочным словам Фрейда, «мы должны заключить, что все чувства симпатии, дружбы, доверия и так далее, на которые мы тратим время в жизни, генетически связаны с сексуальностью и развились из чисто сексуальных побуждений путем ослабления их сексуальных целей, какими бы чистыми и нечувственными они ни проявлялись в тех формах, которые они принимают в нашем сознательном самовосприятии. Изначально мы не знали ничего, кроме сексуальных объектов. Психоанализ показывает нам, что те люди, которых в реальной жизни мы хотя бы уважаем или любим, тоже могут являться сексуальными объектами в нашем подсознании».