Отрочество полностью

Там их встретил Александр Геворкян и познакомил с местным тренером, с которым затем они продолжили совместную беседу.

Платона спросили, как и где он играет в футбол и в какой команде хотел бы оказаться.

– «Я вообще-то болею за Динамо! Поэтому со временем с удовольствием играл бы за него!» – честно и откровенно ответил он.

– «Хе! Вот именно, что играл бы! Сначала надо поучиться в детской или юношеской футбольной школе, а потом, чтобы тебя заметили, как одного из лучших среди равных!».

– «Я готов учиться и очень хочу!».

– «Ну, что ж? В Динамо с детьми и юношами работает, конечно знаменитый, Леонид Соловьёв. Но это … слон, как его называли! Лучше я тебя направлю в наш Спартак к легендарному Владимиру Александровичу Степанову! Он сам из дворового футбола вышел! Как? Пойдёшь?!».

Как болельщик Динамо Платон не любил Спартак, но отказываться от такого предложения не стал.

– Сейчас я откажусь от его предложения, а вдруг и он тогда откажется мне помогать?! Пусть уж лучше направит меня сначала к своему знакомому, а там видно будет! – взволновался Платон, объявив:

– «Да мне для начала всё равно куда, лишь бы взяли!».

– «Хорошо! Звоню Володе Степанову!» – объявил тренер, взявшись за телефон.

И он договорился о дне и времени просмотра тринадцатилетнего Платона Кочета на футбольной базе Спартака на Ширяевом поле в Сокольниках.

– «Только возьми с собой футбольную форму, бутсы или кеды! В добрый путь! Удачи вам!» – распрощался тренер с Кочетами.

И через несколько дней Платон съездил в Сокольники на Ширяево поле, найдя там легендарного тренера Спартака Владимира Александровича Степанова.

По дороге к основному полю, он видел, как на малых площадках за металлическими сетками мальчишки в спартаковской форме быстро и точно играли в пас.

– А я, пожалуй, пока так не смогу! – первый раз ёкнуло его сердце.

Найдя тренера и представившись, Платон получил задание переодеваться и выходить на поле вместе с остальными игроками, которые, не смотря на разницу в возрасте, знали друг друга и все шутливо переговаривались между собой.

– Почему-то здесь и мальчишки и юноши и мужики?! Но их меньше команды – второй раз ёкнуло его сердце.

Платон быстро переоделся и со всеми вместе вышел на поле.

– «Разбирайте мячи и индивидуально работайте с ними!» – дал команду Владимир Александрович.

Платон взял мяч, но не знал, как это индивидуально работать с мячом. Потому он стал просто подбивать мяч по полю, рывком догоняя его, и вновь повторяя упражнение. Он посмотрел на остальных, которые стояли и просто жонглировали мячами. Но Платон так совсем не умел, даже никогда так не пробовал. Поэтому он продолжил своё занятие, отрабатывая рывки.

– «Смотри, парень что делает!?» – услышал Платон в свой адрес от одного взрослого футболиста.

– «Чего это он?!» – услышал Платон удивлённое от его партнёра.

Вскоре все разбились на пары и стали перепасовываться, но Платону она не досталась, и он продолжил сам себе пасовать на выход, рывком догоняя мяч. – А он бегает, как Саныч в молодости!» – снова услышал он от первого взрослого.

– «А стопами работает, как Саныч своими протезами сейчас!» – услышал он смех и от второго.

Но вскоре Владимир Александрович дал задание всем разбиться на две команды, спросив у Платона:

– «А ты кем обычно играешь?».

И тут стеснительный мальчишка дал маху, а попросту сдрейфил, про себя подумав:

– Они тут такие мастера! Куда мне с моей техникой в нападении?!

– «Могу и в защите!» – лишь вырвалось у него.

– «Хорошо, вставай вторым центральным!».

И Платон занял непривычное для себя место, невольно вспомнив свою неудачную игру в этом же амплуа в пионерлагере в 1960 году.