В трёх ярдах от него лежала без сознания баронесса Эддеркоп. Её лоб был разбит, на нём виднелся алый кровоподтёк, но правительница дышала. Капитан Норбиус склонился над своей госпожой и отчаянно пытался привести её в чувства. Рядом, зажмурив глаза от яркого света, сидел Вирл.
— Арли! — архивариус на четвереньках подполз к нему. — Ты цел?
— Цел, — всё ещё кашляя, ответил Арлинг. — И до сих пор не понимаю, по чьей прихоти.
— Саламандра, Арли! — Даже в таких условиях воодушевлению Вирла можно было позавидовать. — Я видел её! Прямо перед тем, как нас накрыло камнями, я на кратчайший миг разглядел её!
— Видать, она снова спасла мне жизнь, — без особой радости догадался Арли. — Надо отсюда выбираться, а то дышать всё тяжелее.
— Вроде вон в той стороне есть лаз, — указал Вирл. — Я боялся сдвинуться с места, пока у нас не было света… Арли, ты бы знал, каково было сидеть в кромешной темноте, пока ты не очнулся!
— Расскажешь, когда окажемся на воле, — раздражённо прервал адепт. — Во имя Жерла, что вообще произошло?
Где-то сверху трахнуло, зашатались камни. На мгновение оба вжались в землю, ожидая вот-вот быть похороненными под скалой, но всё успокоилось.
— Похоже на работу вихта, — предположил архивариус. — Теперь я понимаю, почему вместе с фальшивым Ротте пришло так мало войск! Да его здесь отродясь не было! Но откуда у него власть над столь могущественными силами?
— Нет у него власти, — с презрением сказал Арлинг. — Есть только поклонение. Поклонение вихту Асварготу. Когда мы были в Норах, он ясно дал это понять. Ну, хватит болтовни, полезли!
Вирл подполз к капитану Норбиусу и довольно быстро убедил его в необходимости забрать отсюда баронессу. В любой момент стихийно образовавшаяся пещера могла обрушиться, а в столь замкнутом пространстве даже помощь саламандры скорее обернётся для них гибелью, чем спасеньем.
Арли полз первым, освещая узкий проход и пригибая голову, чтобы не приложиться об острые камни. За ним следовал Норбиус, который держал под мышки баронессу и аккуратно придерживал голову женщины в стремлении уберечь её от случайных ушибов. Лаз был до того узкий, что капитану пришлось скинуть с себя доспех, оставшись только в кожаной подкладке. По большей части двигался он спиной вперёд, но всеми силами старался не показать, как сильно его это выматывает. Замыкал колонну Вирл, то и дело кашлявший от пыли, которую поднимали его предшественники.
Впереди лаз перекрывал здоровенный кусок гранита. На секунду Вирла пробрал страх: что если эта глыба орезала единственный выход? На мгновение страх перерос в леденящий ужас, когда потухло пламя в ладони Арлинга.
Но почти тотчас Пламя занялось вновь. Голос Арли донёсся сверху, а вместе с ним Вирл расслышал и другие голоса.
— Полезайте сюда, — сказал адепт. — Похоже, выбрались.
Вирл помог Норбиусу поднять на булыжник баронессу. Следом валялся ещё один камень, на которой также пришлось взобраться, и только тогда Вирл наконец смог почувствовать себя в относительной безопасности.
Вокруг бегали люди, вопили раненые, кто-то без толку пытался раскапывать завалы. По цвергской мозаике, почти целиком скрытой под грудами камней, струились ручейки крови; Вирлу на глаза попались с десяток людей, в безжизненности которых не приходилось сомневаться. Он вдруг разглядел какую-то извращённую художественность во всём произошедшем: картина разрушения выглядела так, словно цвергова Первичная Твердь и правда обрушилась сегодня в старинных залах Мойнерфьорда.
И посреди всех этих отголосков катастрофы, среди десятков мёртвых тел и сплошного разрушения Вирл увидел, как Несса со слезами на глазах прижала к себе угрюмо замершего Арлинга.
ㅤ
Подтвердились худшее. Основная часть обвала пришлась не на центральный зал Мойнерфьорда, где совещались бароны, а на места квартирования войск. Армии Грзуба, Крылана и Эддеркоп были уничтожены почти без остатка. Вскоре к Норбиусу прибежал кудлохвост с письмом, и когда капитан прочёл его, то ещё долго стоял с совершенно пустым выражением лица, не находя в себе сил произнести хоть слово.
Армия Ротте брала приступом Хальрум. Весь этот спектакль был затеян ради того, чтобы собрать баронов в одном месте и разом избавиться от их армий, а если повезёт — и от них самих.
Насколько можно было судить, план Ротте сработал превосходно. Грзуб был похоронен под завалом настолько глубоко, что его тело так и не нашли. Скрюченная рука Крылана в импозантной кольчужной перчатке торчала из-под обломков, и сын князя Фелинн долго неподвижно стоял, смотря на неё.
— Я убил Махо, — посредственным тоном произнёс Арли. — Сжёг его лицо, когда он попытался сделать кое-что омерзительное.
— Махо? — Вирл изумлённо уставился на него, не находя слов. — Но… как… почему…
— Не спрашивай, — отрезал Арли. — Я не смогу дать ответ. Я только хотел сказать… я благодарен тебе за всё, что ты сделал. За то, что был рядом все эти годы