Отрывной календарь полностью

С возрастом пришлось смириться с тем, что на смену худым юношам со взором горящим в постель стали заходить мужички-здоровячки, с пузиком и умилительными складочками на спине. Есть в этом что-то немного грустное. Стала замечать, что на улицах города стало меньше красивых людей, чем десять-пятнадцать лет назад. Потом догадалась, что по-прежнему в большей степени обращает внимание на ровесников. Собственно, как и должно быть, а вот тут и кроется разгадка. В молодые годы привлекательная внешность и хорошая физическая форма – даны от природы. А с годами остается немногое, что удалось сохранить. Дальнейшие наблюдения и вовсе привели к неутешительным выводам: мужчины, в основном глубоко за тридцать, вообще не считают нужным что-нибудь делать с землистым обрюзгшим лицом, не стремятся расправить плечи, втянуть живот. Да и о прическе не заботятся больше, чем требует голова, стриженная ежиком. Есть отдельные экземпляры, которые, несмотря на глубокие залысины, предпочитают по моде девяностых собирать редеющие волосы в хвост, жизнерадостно по-поросячьи завивающий на конце.

Саша или принадлежал к тем, кто с годами только становится лучше, или все-таки следил за собой. Слегка оплывшая талия совсем не напоминала «пивной» животик Бориса. Наташа ругнулась про себя нехорошим словом за то, что посмела сделать совсем неподходящее и неуместное сравнение. Не в свою пользу. Однако.

В кармане шорт закурлыкал айфон. Саша закрыл воду, махнул нетерпеливо:

– Помогай, руки мокрые.

Наташа торопливо засунула руку в карман – все равно, что нырнула с вышки в бассейн с холодной водой. Звонил какой-то Дэн, будь неладен. Всплыло в памяти: говорил, друга так зовут. Приложила телефон к Сашиному уху, все внимание сконцентрировала на том, чтобы не уронить. Чтобы лучше слышать, руку с телефоном еще покрепче прижал плечом так, что голова легла ей на ладонь. Сердце у Наташи билось набатом, прикосновение к небритой щеке вызвало совсем не «тургеневские» романтические ощущения. Наверное, покраснели даже пятки. Саша смотрел, практически не отрываясь, в глаза, хотя сам весь ушел в разговор. Наташа не понимала о чем речь: занимало не содержание беседы, а сам участник. Всего в сантиметрах десяти, лицом к лицу. Дыхание легко скользило по Наташиному лицу, так захотелось поцеловать, что заломило губы. Украдкой вдохнула поглубже запах тела: пряный, как базилик, разогретый на солнце, солоноватый и горячий. Отвела глаза, вспомнила, как однажды вычитала, будто зрачки – один из источников информации, который позволяет узнать, что чувствует человек. В момент сексуального возбуждения могут увеличиться в 4 раза от нормального размера. Совсем неподходящий момент демонстрировать доказательство теории, тем более Саше.

– Все, убирай. – Обратно в карман телефон скользнул сам. Не пришлось погружать руку, ощущая бедро. – Ты поняла?

– Что я должна была понять?

– Наташ, ты что, выходила, пока я разговаривал? – Саша грохнул тарелками в раковине. – В понедельник тебе надо появиться к двум часам в больницу. Маму будем забирать.

– Хорошо, приду. Что-нибудь при себе иметь надо?

– Нет, ничего. Только с силами соберись. Думаю, что нам всем будет тяжело. Да, кстати, я сказал Дэну, что ты – моя подруга, и мы встречаемся.

– Когда успел? – Наташа лихорадочно пыталась воспроизвести разговор, который не помнила, но такое она не смогла бы пропустить.

– На днях встречались, болтали о том, о сем. Ну и о тебе поговорили. – Саша, лукаво улыбаясь, глянул через плечо. – Все наконец-то закончил, ненавижу мыть посуду! Закрыл кран и сел к Наташе за стол, взял в руки чашку с остывшим кофе.

– Поправь, если я ошибаюсь, но, кажется, ты соврал Дэну. – Самое главное, быстро остановить появление нелепости и несоответствий, в которых потом оба могут запутаться.

– Не-а, не наврал. Ты ошибаешься. Смотри, все доказательства есть, опротестовать не сможешь. Мы знакомы, ты принимаешь дружеское участие в моих делах. Значит подруга. Так? Так. Я тебе звоню, ты – приходишь. Происходит встреча. Значит, мы встречаемся. Так? Все правильно, как видишь.

Хитро улыбаясь, совершенно невзначай, незаметным движением, как профессиональный «спецназовец», Саша свернул ей голову. Пришлось согласиться. С юристом спорить сложно, тем более при полном отсутствии обычной человеческой логики, имея при себе только женскую.