Опытный водитель с первого взгляда распознает, хочет ли клиент пообщаться, чтобы скоротать путь, либо желает посидеть в тишине.
«Приветливый и услужливый». «Внимательный и тактичный».
Ничего лишнего – золотое правило.
Так вот.
Я давно опытный. Можно сказать, после недели работы стал опытным. Хочешь заработать в такси, не работать, а именно заработать – с первых дней впитываешь, что можно, а чего не нужно делать.
«Музыка не мешает?» «Сменить радиостанцию?»
Есть неадекватные пассажиры. Попадаются. Тут ничего не попишешь. В лепешку об асфальт перед такими – все равно недовольными останутся. Начинают звонить, жаловаться диспетчеру.
Долго ждали машину, слишком быстро довез, слишком медленно вез, не того цвета обивка в салоне, слишком громко, слишком дорого, слишком жарко, слишком-слишком.
Высаживаешь за шкирку неадеквата или отказываешься везти буйного алкаша – опять звонки.
Чокнутых хватает. Но чаще все в порядке.
«Прибыли, сэр». «Хорошего дня, мэм».
Чаевые в карман, и гудбай, май лав.
Два часа. Остается всего ничего. Два, и домой.
Конец рабочего дня, ура!
Устал. Хочу выпрямиться, вытянуть ноги, хочу прилечь.
Нет, поймите правильно, я не жалуюсь, как уже говорил, я люблю свою работу; готов бесплатно трудиться, готов, наверное, даже приплачивать, чтобы водить такси.
Я слышал рассказ, красивую выдумку, о водителе. Возит, значит, пассажиров на черном тонированном «Лексусе». Берет всех, со всеми вежлив и сдержан, и не случается у него срывов.
Его, естественно, никто из нас, таксистов, ни разу не видел; но, мол, кто-то слышал от клиентов подобный треп. Мол, существует он на самом деле. Водитель-призрак.
Так вот, тот водила-энтузиаст самоотверженный, по рассказам, работает совершенно бесплатно. Настоящий профессионал, только положительные отзывы. Такой весь молодец. Говорят, у него куча денег, целое состояние, и он просто за так катает людей. Хобби у него такое. Нравится ему, и все тут.
И мне, как тому загадочному энтузиасту, в кайф колесить по городу, обожаю наблюдать за людьми. Нравится угадывать, кем работает, кто он, человек, что усаживает себя на заднее сиденье моей машины.
Утром вез девушку: брючный костюм, сумка-портфель, строгий сдержанный макияж, пахнет унисекс-духами, властный тон. Сто процентов – прокурор какой-нибудь. Я поинтересовался, поделился своей догадкой. Оказалось – парикмахер, и это парень, ну как парень. В общем, парень. В последнее время спокойно реагирую на, как получше выразиться, на меньшинства. Насмотрелся всякого. Такие люди, кстати, не скупятся на чаевые. Чего мне к ним плохо относиться?
«Комфортная ли температура в салоне?» «Желаете выбрать маршрут?»
Веселая у меня работа. В целом не жалуюсь, просто сегодня устал.
Два часа осталось. Всего ничего. Максимум три заказа. Три заказика, и домой.
Дверь открывается, в нее просовывается растрепанная голова девушки.
– Свободен?
Красивая, стройная, вызывающая. Словно с глянцевой обложки и прямо в мое такси. Отличное завершение вечера.
Привычно киваю, предлагаю сесть.
Расползаться в любезностях просто нет сил. Отыгрываю роль «сдержанного водителя, тактичного интеллигента». Встать и открыть дверь откровенно лень.
Киваю, предлагаю сесть и наблюдаю в зеркало.
На заднее сиденье запрыгивает паренек, на вид лет пятнадцати-шестнадцати. Вслед за ним усаживается, занимает место красотка, похоже, его мама. Вот сразу как-то перестала казаться привлекательной. Сразу куда-то исчезли ее стройность и притягательность.
Странно.
Стереотипы? Или природное нежелание растить чужое потомство.
– Шеф, давай сначала на заправку, купим чипсы! Потом тусить! – приказывает мальчонка.
Я просто игнорирую. Невоспитанный мини-хам. Не мое дело.
– Куда ехать, мэм?
Мамаша хохочет.
Шепчет что-то мелкому, подается вперед и прямо мне на ухо орет:
– На заправку, тебе ж сказали! Глухой, что ли?
У нее изо рта доносится стойкий запах алкоголя. Ну вот про таких чокнутых я и говорил.
Сразу ясно – чаевых не будет. Вынесут весь мозг, оно того не стоит.
Высадить сразу?
Хах. Я тертый калач, проворачиваю ключ, нажимаю кнопку счетчика, втыкаю первую, везу. На заправку так на заправку. Есть одна, отличная, на другом конце города, там самые вкусные чипсы. Как раз для таких замечательных пассажиров. Намотаем километраж.
Покатаемся.
– Шеф, давай музыку громче! Что как на похоронах сидим?
Как же бесит этот прыщавый.
Не отвечаю. Молчу.
Смотрю в зеркало – сидит, скалит свои не так давно молочные кривые с брекетами желтые обмылки. Повезло ему, что я не его отец.
Он пихает локтем мамашу, та орет, повторяет мне просьбу прыщавого.
– Громче!
«Тактичный и сдержанный». «Вежливый и терпеливый».
Подкручиваю громкость.
Орет какой-то музыкальный мусор. Певец хрипит мимо нот из динамиков, вероятно, уверен, что исполняет шедевр.
– Бррря, – подпевает мелкий засранец.
Хах. Я тертый калач. Ничего. Я профессионал.
Выдержу. И не такие экземпляры подвозил.
Ничего.
Прыщавый замечает, что я на него смотрю. Скручивает неприличный жест и тыкает в зеркало своим кривым средним пальцем. А мамаша хихикает.
Куда мир катится?
