Она собирается выходить, останавливается, согнувшись в дверях, виляет своими бедрами. Влево-вправо, вверх-вниз. Прыщавый шлепает ладонью по юбке со словами «Пошла!», и та, довольно хихикая, идет в магазин.
Хрен знает. Может, это со мной что-то не так…
Тошно, фу.
Неправильно все это.
Но, с другой стороны, сумма внушительная.
– Ты не обижайся, – перебивает мои рассуждения прыщавый, – просто сегодня такой день.
Я молчу.
– Нет, ну серьезно. Ты вроде нормальный мужик. С понятиями. – На этот раз в зеркало он показывает большой палец вверх. – Я тебя понимаю, поверь. В этот раз мне даже немного жаль. Совсем чуть-чуть.
Не реагирую. О каком «этом разе» он говорит? Плевать. За годовую зарплату готов и потерпеть его присутствие, и сделать вид, что все в порядке.
В окне магазина девушка поднимает над головой две бутылки, предлагает выбрать. Мелкий показывает на пальцах – бери обе – и недовольно качает головой, мол, ничего без него не может.
– Как тебя зовут?
Я молчу.
– Язык проглотил? – Мелкий не унимается. – Спрашиваю, как тебя зовут. Или забыл, сколько я заплатил?
Мне такие знакомства не нужны, но деньги уже взял. Так что, будь добр, оставайся профессионалом – прояви уважение.
Стараюсь не скривиться, отвожу глаза в сторону, максимально любезно, сквозь зубы говорю:
– Владимир.
Говорю я, а буквы застревают в глотке. Противно. Чувствую себя продажной девкой. Вежливой, терпеливой, почтительной продажной девкой.
– Меня Кирилл. Можешь звать Киря.
Мелкий протягивает свою потную ладонь, которой только что лапал и шлепал подругу.
Делаю вид, что не вижу, лезу в карман, вроде как проверить телефон. Вроде как рука занята и не могу ответить на рукопожатие. А трубка на магнитике около магнитолы, на приборной панели, а в кармане пусто, а мелкий тоже не дурак – все понимает.
Неудобно вышло.
– Вовка, ты не смотри, что я, кхм, не взрослый. Ничего, кстати, если на «ты» перейдем?
Недоносок подвигается ближе, просовывает лицо между спинок передних сидений. Сопит, я чувствую его мерзкое теплое дыхание, смотрит своими свинячьими глазенками прямо мне в ухо.
Еще как чего! Какое еще на «ты»? Щенок! Мало того, какой я тебе, на хрен, Вовка? Сейчас по заднице тебе, паршивцу, и к директору, и к родителям на перевоспитание.
Думаю я, а в ответ пожимаю плечами, мол, ничего, на «ты» так на «ты».
«Вежливый и приветливый». «Тактичный и внимательный».
– Вовка, я только с виду маленький. По возрасту, да и по развитию я значительно опережаю тебя.
Он подмигивает и откидывается в сиденье.
Опережает он. По наглости только если. Насчет «по развитию», это совсем спорно. Пускай я водитель такси, но я достаточно образован. В школе, кажется, учился на «отлично». Да и сейчас любимое занятие – чтение. Я очень даже развит.
И какого я вообще взялся рассуждать на эту тему?
– Рад, что ты такой.
– Какой?
– Правильный. С принципами.
– А я рад, что ты любишь правила. И если по правилам, то я тебя довез до места назначения. Работу выполнил и хотел бы уехать домой. Правильно?
– Ну да.
– И я о том. Нам бы логично распрощаться… Но ты все еще сидишь в моей машине.
– Нет-нет. Не торопись.
Пацан смеется.
И что он ко мне пристал? Я заказ выполнил, деньги получил. Пусть проваливает вместе со своей дамой.
– Не важно, – отмахивается Киря, будто отгоняет мысль, которую хотел озвучить. – Прощаться нам рано. – Он качает головой. – Я рад, что именно таким тебя встретил. – Он показывает большой палец вверх.
Странный мальчик.
Он ждет, что я что-то скажу или спрошу. Но мне нет дела до его странных развлечений. Мне одно интересно, не скрою, очень даже любопытно, откуда у молокососа такие деньги. Не похож он на богатенького отпрыска состоятельных родителей. Спер, наверное, где-то. Ограбил кого-то, проходимец.
– Не откроешь тайну? Откуда у столь… молодого человека такая сумма денег?
– Вовка, а ты слышал об утопленнике?
Что еще за утопленник? В городе что-то громкое произошло, а я не в курсе? И как связан мой вопрос про деньги с мертвецом? Неужели малыш обворовал покойника?
– Нет.
– А хочешь, расскажу?
Если честно, я бы с удовольствием послушал городскую сплетню. Таксист обязан знать все новости. С удовольствием послушал бы, но только не от этого урода.
Посидим лучше в тишине.
– Нет.
– А зря. Уверен, тебе бы понравилось. Там о тебе. – Он поправляется: – Там есть то, что тебе полезно было бы услышать.
Что он несет? Зачем я вообще начал с ним разговор?
Молчу.
Как говорится, молчание – золото. Надо решить, как мне поскорее избавиться от этих. Может, вытащить ключи и удрать?
Живо представляю, как бросаю машину, несусь, неуклюже улепетываю через кусты со стопкой зелени, и изо рта вырывается сдавленный смешок.
– Что смеешься?
– Вон. Идет, – киваю в окно на пассажирку.
– Ладно. Не хочешь слушать истории, может, в другой раз.
Слава богу, у кассы нет очереди.
Девушка возвращается с двумя полными пакетами в руках. В одном побрякивают бутылки, другой набит закусками. Киря берет продукты и говорит ей сесть спереди. Дескать, нужно место, чтобы разложить провизию.
«Куда едем дальше, мэм?» «Куда везти, сэр?»
