Когда она ставит передо мной тележку и снимает серебряную крышку с тарелки, я благодарно улыбаюсь ей.
Когда она уходит, я смотрю на восхитительное блюдо и говорю:
— Спасибо, Эвинка.
Она что-то показывает, и я спрашиваю:
— Это значит "пожалуйста" на языке жестов?
Когда она кивает, я спрашиваю:
— Можешь сделать это помедленнее?
Она показывает мне жесты, и когда я делаю все правильно, на ее лице появляется широкая ухмылка, а затем она указывает на тарелку с едой.
Взяв приборы, я отрезаю кусочек лосося и отправляю его в рот, глядя на неспокойную голубую воду вокруг нас.
Эвинка садится и смотрит куда-то вдаль, и, наслаждаясь трапезой, я чувствую себя очень комфортно в ее присутствии.
Я как раз дожевываю последний кусочек, когда вижу, что к нам направляется Доминик. Он одет в светло-голубой костюм, и мне так нравится его цвет, что я не могу отвести взгляд.
Он застает меня с поличным, но на этот раз я не отрываю от него взгляда и говорю:
— Ты прекрасно выглядишь.
— Я бы сказал "опасно", но "прекрасно" тоже подойдет, — шутит он, садясь рядом со мной.
Официантка снова появляется и быстро убирает тележку. Когда я поднимаю взгляд на Доминика, он выглядит безжалостным и раздраженным.
Понимая, насколько сильно его нервируют люди, я кладу свою руку на его и успокаивающе сжимаю.
Не успеваю я отстраниться, как его рука переворачивается, и он крепко переплетает свои пальцы с моими. Положив другую руку мне на затылок, он подталкивает меня, чтобы я прислонилась к его плечу.
— У нас еще есть тридцать минут, — бормочет он. — Расслабься немного.
Я сбрасываю балетки и подтягиваю ноги под себя, и когда он обнимает меня, прижимаюсь к нему.
Не в силах подавить это чувство, я удовлетворенно вздыхаю и закрываю глаза, просто наслаждаясь запахом соли, доносимым легким ветерком.
Пальцы Доминика начинают поглаживать мою руку, и это так успокаивает, что я то погружаюсь в сон, то снова просыпаюсь.
В какой-то момент я слышу его шепот:
— Они могут подождать.
Я поднимаю голову и, заметив, что яхта больше не движется, оглядываюсь вокруг и вижу остров.
— Мы приплыли?
— Да, но ты спала, и я ни за что не стал бы тебя будить.
— Доминик! — Ахаю я, глядя на него. — Ты опоздаешь на свою встречу.
Он поднимается на ноги и поправляет пиджак, при этом бормоча:
— Десять минут на солнце их не убьют.
Он протягивает мне руку, и когда я хватаюсь за нее, поднимает меня на ноги.
Я быстро засовываю ноги в балетки и иду за Домиником к задней части яхты, где меня ждет скоростной катер.
— Осторожнее,
Я вопросительно смотрю на него, пока Эвинка поднимается на борт, и он переводит:
— Любимая.
К нам присоединяются двое охранников, и когда мы садимся, я чувствую, как мое сердце переполняет радость, которой я никогда прежде не испытывала.
Я слегка наклоняюсь к Доминику и спрашиваю:
— Еще раз, как их зовут?
— Алан и Кристоф, — отвечает он. — Они охранники Эвинки.
— А двое других?
— Сеф и Мартин. Они просто сопровождают нас, когда мы путешествуем вместе, — объясняет он.
Я бросаю взгляд на яхту.
— Где они сейчас?
— Уже на острове. — Доминик берет меня за подбородок и поворачивает мою голову так, чтобы я смотрела на него. — Хватит о них, удели свое внимание мне.
Увидев в его глазах собственнический взгляд, я в миллионный раз ощущаю, как учащается биение моего сердца.
Как только катер начинает замедлять ход и Доминик бросает взгляд на остров, я шепчу:
— Думаю, я готова.
Он резко поворачивает голову ко мне, его глаза изучают мои, прежде чем уголок его рта приподнимается в чертовски горячей ухмылке.
— Весьма вовремя ты решила сообщить мне такую важную новость прямо перед тем, как я должен буду посетить одну из самых важных встреч в своей жизни.
Я бросаю на него игривый, извиняющийся взгляд, пожимая плечами.
Катер останавливается прямо на берегу, и, поднимаясь на ноги, Доминик бормочет:
— Подожди, пока мы не окажемся дома.
Он помогает мне ступить на берег, и вдалеке я вижу шатер и людей, сидящих под ним.
Там сидит привлекательный мужчина, одетый в удобную белую одежду, из-за которой кажется, что он находится на отдыхе, а не на важной встрече.
Справа от него сидят еще двое мужчин, одетых в костюмы, как и Доминик. Затем мой взгляд падает на потрясающую женщину, которая, кажется, примерно моего возраста. На ней красное платье, напоминающее наряд богини, с разрезом до бедра, и, когда она сидит, скрестив ноги, открывается вид на ее прекрасную загорелую кожу.
— Начиная слева, старик – Илиас Димитриу. Он глава греческой мафии и в основном занимается контрабандой нелегальных товаров. Женщину рядом с ним зовут Кассия. Она его старшая дочь и наследница. Затем есть Энцо Оливейра, наемный убийца. Он также занимается массовым производством поддельных товаров. Рядом с ним – Леонардо Тоскано, глава итальянской мафии, и последний и, безусловно, самый опасный – Сантьяго Кастро, единственный человек, который выступил против картеля Рохас и остался в живых.
— Очень много информации, — шепчу я.
— Не переживай. Ты скоро освоишься с этим.
