Отступники (СИ) полностью

— Есть предложения? — спросил он после долгой паузы.

— Н-не-! — неожиданно в голове Эвелин что-то щелкнуло.

Какой-то женский, приятный голос начал шептать девушке на ушко. Он был теплым и заботливым, будто перед нею предстала её мать, Элеонора фон Краун, и обняла.

— Мне нужна ручка и бумага, — твёрдо заявила Эвелин.

— Так как зерна болезни поглощают духовную энергию из сутирипса, то вакцину, которую мы разработаем, нужно вводить прямо в него, — говорила Эвелин группе разодетых мужчин.

— Ха! — воскликнул один из них, — Вы женщина, понятно почему предлагаете такое… Я, великий ум медицины Рубина, Рорик Гуано, но даже я бы не смог провести такую операцию!

— Не удивлена, — лишь сказала Эвелин, заставив мужлана смутиться, — Возможно вы не знаете, но сутирипс имеет связь со всеми пальцами рук, так как мана проходит именно через пальцы. Поэтому, я предлагаю вводить вакцину в большой палец, потому что именно там самый большой канал маны, ведущий в сутирипс!

***

«Это было слишком долгое молчание, чтобы потом так громко аплодировать…» — вспоминала Эвелин.

Сейчас по рынку ходят слухи, что появилась какая-то болячка, которую можно вылечить только шприцом, что продают на чёрных рынках, — это и есть идея Эвелин. Чёрные рынки не связаны законом, поэтому там они смогли спокойно ввести в продажу лекарство. Оно притупляет распространение зерна и даёт больше времени инфицированному, чтобы прийти в больницу и получить лечение.

— Ходили легенды, что их достали с таинственного материка Обсидиана, правда, этот материк — такая же легенда, — какой-то старик-пациент начал разговор с Эвелин, когда увидел что вышло из его тела, — О нём рассказывали, когда я ещё был молод, что парочка капитанов нашла четвёртый материк драгоценного камня — Обсидиана, они сообщали, что там нет жизнь, а нет, королевства бросили все отряды на то, чтобы заполучить новые земли… Никто не вернулся.

Когда он закончил, то заметил, что на минуту задремавшая рядом с ним Эвелин, уже испарилась.

— Даже не дослушала…

Она шла по коридорам, что-то бормоча, пока не заметила Юджина Гранта. На душе становилось легче, когда он был рядом. Эвелин плюхнулась на кушетку рядом с ним. Он, не удивившись (всё-таки целый день смотрит, как она бегает от палаты к палате), решил начать повседневный диалог.

— Эвелин, слышала о митинге «движения немагических людей»? — спрашивал Юджин, наблюдая за запыхавшейся девушкой в белом халате.

Грант видел её прекрасным созданием: фиолетовые волосы с парочкой пепельных прядей, а в такие моменты, когда она обессиленно падает рядом с ним, — она смахивает на обычного человека, никак не Принцессу. Белый халат был запачкан кровью и Юджин поморщился, видимо, вспомнил что-то неприятное.

— Конечно, слышала, — ответил Эвелин, опустив маску с лица, — Я не в пещере живу…

«Движение антимагии» — так это зовут журналисты. Люди, рождающиеся без доступа к каналам маны и, соотвественно, не умеющие использовать магию. Таких в последнее время становится всё больше и больше. Они используют наручники, оружие с антимагическими эффектами, когда их митинги прерывает полиция, — то была страшная бойня.

Даже сейчас люди задумываются, если теперь обычных людей так много, не значит ли это, что быть магом — это мутация, а не наоборот?

— Ох, прости, надо бежать, — сказала Эвелин, чмокнув Юджина в его щетинистую щеку, когда увидела горящий свет.

Той же ночью таинственный мужчина исчез, а Эвелин, что пришла проверить, не случилось ли чего со стариком, не понимала, как это возможно, что человека с таким именем не существовало?

Однако, в регистратуре госпитале Эвелин передали какой-то сверток с письмом…

— Ох, точно, оно же сегодня, — впервые за долгое время что-то произнесла Эвелин.