– У нас многие знают. Он уже давно воду мутит. А Калех использовал бар моего отца, чтобы устроить там новый незаметный проход под болота. Мне пришлось ему разрешить. Иначе они бы… – Агне вздохнула: – Мой отец – человек. Тогда ему пришлось бы плохо. Поэтому я так или иначе давно наблюдаю за всеми перестановками и многоходовками, но… Знаешь, почему я тебе это рассказываю? Я не хочу насилия. Не хочу смотреть на этот «праздник» и тем более участвовать в нём. Сейчас на улицах полно людей, субботним вечером будет ещё больше. И представь, во что превратятся наши Сонные Топи, если в толпу празднующих ломанётся огромная стая низших? Не сто и не двести. Ваша рать вряд ли с ними справится. По крайней мере, не быстрее, чем они успеют сожрать несколько десятков мирных соннотопцев. Вы решите позвать на помощь рать Бражника. И они придут. Но не сразу, а когда вас наполовину перебьют, а упырей вылезет ещё больше. И вот тогда они станут героями в глазах властей. Ваша Сенница утратит все очки, которые она так зарабатывала перед мэром. Существование упырей уже будет невозможно скрыть. А Бражник и Калех выпросят для нас более-менее нормальное существование в городской среде. Конечно, мне бы это тоже было удобно, но… Не такой ценой. И мне страшно представить, что начнётся в ближайшие дни.
– Но Сенница сама искала тысяцкого. Она не дурочка, у неё полно связей и…
– И что? Её не могут обмануть? Её просто опередили. Старый тысяцкий не хотел выходить с ней на контакт и прогибаться под власти. А новый сверг старого и слишком быстро закрутил сделку с чародеями. И Калеху, если честно, совсем нет смысла тянуть дальше со своим переворотом: чем скорее он покажет свою незаменимость и значимость, тем быстрее его примут остальные сотни из ближайших городов и посёлков.
– То есть ты хочешь сказать…
– Хочу и говорю, – отрезала Агне. – Помнишь ночь, которая была пару суток назад? Подошли прямо к вашей общаге. Тоже дело рук Калеха. Ему без разницы, сколько низших убьют чародеи. Главное, чтобы люди запомнили различия между высшими и низшими упырями. Чтобы оказались запуганы, а предложение мира прозвучало как благословение. Рать Бражника выставит себя спасителями, Калех идёт к мэру с примирительной бумажкой – звучат фанфары, все счастливы. Кроме сожранных людей. И тех, кого утащат под болота в качестве доноров.
Калинник нахмурился до боли в переносице. М-да уж, надеялся попить коктейлей с симпатичной нежичкой, а она вывалила ему информацию об упырином перевороте. Неловко вышло. И самое главное…
– И что мне теперь с этим всем делать? Я просто врач. Даже не так – чародей на пенсии. К тому же хромой. – Он красноречиво выставил вперёд больную ногу, но на Агне это не произвело впечатления. Она закатила глаза, будто разговаривала с тупейшим существом на планете.
– Покровители, мне нет дела до твоих ног! Я же не могу прибежать в ваше логово и начать там кричать об этом. Вы меня сразу превратите в барбекю. Ты показался мне адекватным, в отличие от твоего патлатого дружка, который вечно ловит приходы и устраивает пьяные погромы в баре отца. А других чародеев из вашей рати я не знаю. Вообще-то я даже не верю, что что-то изменится. Просто ты вряд ли сдашь меня Калеху, а ещё твоей Матушке наверняка будет интересно узнать, что соседняя рать под неё копает. Королева Сонных Топей сидит на шатающемся троне с подпиленными ножками. К вам я привыкла, а вот чародеи Бражника откровенно бесят. Слишком наглые.
Калинник усмехнулся. Услышать, что чужие чародеи бесят упырицу, было даже приятно.
– А ещё… – снова заговорила Агне, прежде чем Калинник переварил всю информацию и решился что-то спросить. – Ещё… Чёрт, я просто боюсь. Всю жизнь прожила в Сонных Топях, умерла и переродилась здесь, когда моё тело занял болотный дух, и мне совсем, ну вот совсем не хочется смотреть, как городок превращается в кровавую бойню.
Она спрятала пальцы в рукава, поёжилась и подняла на Калинника взгляд: и правда испуганный, тревожный, даже потерянный. Калинник запоздало заметил, что на ней совсем не было косметики: светлые ресницы и брови, бледные губы и щёки – наверное, если бы она позвала его на свидание, то немного подкрасилась бы.
В груди у него непонятно ёкнуло. Жалостью, сочувствием. Калинник чуть придвинул лежащую на столе руку, но замер. Наверное, лучше не трогать упыриц. Ну, тогда он может хотя бы угостить её напитком.
Он приготовился встать, как вдруг раздался грохот. В дверь кафе что-то с силой ударило, следующая атака пришлась на панорамное окно. Калинник сгруппировался, закрыл голову руками и перекатился под стол. Агне взвизгнула – кажется, её осыпало осколками.
Посетители закричали. Грохот повторился, где-то перевернулся стол и несколько стульев. Ещё одно стекло разбилось, и Калинник из своей засады увидел несколько пар когтистых лап, стучащих по полу.
