Темень, да, ревности.
Смородник подошёл ближе к двери и прижался ухом к деревянному полотну. Если у них разговор идёт хорошо и спокойно, то что ему тогда тут делать? Своих забот хватает.
Он замер, стараясь не дышать, но кровь в ушах всё равно стучала нервозными молотками. Надо попросить у Калинника успокаивающий чай. А лучше как-то всё-таки выпустить пар, иначе дым повалит из ноздрей.
В комнате звучали тихие разговоры – так говорят ночами, вкрадчиво и доверительно. Вздох. Мягкий скрип дивана. Неразборчивый шёпот. Что-то вроде всхлипа.
Смородник сухо сглотнул. Что ж. Судя по звукам, разговор идёт слишком хорошо.
Почти ничего не видя от нахлынувшей злости, он подхватил куртку и вышел наружу, нарочно громко хлопнув дверью.
С неба сыпали первые колючие снежинки, тут же тая у него на плечах.
Шлёп!
Звонкая пощёчина обрушилась на щеку Варде. Мавна затрясла рукой. Не рассчитала силу, в итоге самой стало больно.
– Ай! – Варде сгорбился на краю дивана, потирая ушибленное лицо.
– Я предупреждала, – шикнула Мавна. – По-дружески.
– Раньше тебе нравилось.
– Раньше я тебе доверяла.
Мавна скрестила руки на груди и села на противоположном конце дивана. Почти неудавшийся поцелуй разозлил и расстроил её, и от охватившего смятения она не понимала, как себя вести.
– Ты дурак и всё портишь, – со злой досадой бросила она.
Варде повесил голову:
– В общем-то, ты права. Извини. Я просто так тоскую по теплу, тебе не понять.
– Куда уж мне. Я всего лишь человек.
Мавна поднялась с дивана и подошла к окну, на ходу щёлкнув выключателем на ночнике. Комната наполнилась приглушённым светом, и стали видны зелёные стены и нехитрая обстановка: диван, узорчатый ковёр над ним, сервант со старой посудой, письменный стол и кресло перед окном.
– Давай только недолго. – Она присела на подоконник одним бедром, в поясницу сквозь свитер немного дуло из щелей в деревянной раме. – С кровью всё понятно. А… тепло? Как его пополнять? Это что-то вроде подзарядки аккумулятора, верно? – Мавна нервно хихикнула. – То есть ты не только обычный вампир, а ещё и энергетический, да?
Варде с несчастным видом сидел на краю дивана, сгорбившись и глядя на неё печальными глазами. Волосы у него были взъерошены после их короткой «романтической» возни, щека алела от удара, рукава растянутого свитера сползли так низко, что из-под них торчали только кончики пальцев.
«Обнять и плакать», – подумала Мавна.
– Да. – Он поправил рукава, освобождая кисти рук. – Нам нужна кровь для поддержания существования тела. Но ещё очень желательно получать энергию. Напрямую от живых людей или через Туманный город. Там это делается разными способами. Через провода… Или в бутылках. Как подзарядка или энергетические напитки. Но через людей намного приятнее и надёжнее, настоящая жизнь всегда качественнее разбавленного суррогата.
– И как ты её получаешь?
Мавна старалась придать своему голосу не присущую ей строгость, чтобы Варде не подумал, будто она тут же сжалится над ним. Все эти рассказы про выпиваемую энергию звучали жутко и отвратительно, и Мавне стоило большого труда держать себя в руках.
– Проще всего, быстрее и приятнее – через секс, – с готовностью ответил Варде, будто бы даже повеселев. Но, встретившись с мрачным взглядом Мавны, сник.
– Я не хочу ни с кем спать из жалости. Я… – она быстро облизнула губы, отведя глаза в сторону, – ценю себя.
Варде поморщился, будто эти слова физически укололи его.
– Ладно. Ещё можно через поцелуи.
Он покосился на Мавну, но она сделала непроницаемое каменное лицо, чтобы он продолжал искать другие, более приемлемые способы.
– Объятия. Темень, простые дружеские объятия. В идеале с доверительным разговором. Я больше ничего не прошу! Только позволь полежать рядом и поговорить с тобой.
– Иронично называть разговор доверительным, – фыркнула Мавна. – Ты меня обманывал всё время, о каком доверии может идти речь? И продолжаешь что-то утаивать. Сейчас вот всплыла информация про энергию. Скажи, ты тайком воровал мои силы всё время, что мы встречались, да?
Она не хотела знать ответ. По виноватому лицу Варде и так всё было ясно. Под кожей зудело от противоречивых чувств. Она не собиралась врать себе, у неё осталось тёплое отношение к нему. Она скучала по их болтовне и общим увлечениям. Им было здорово и спокойно вместе. Но этот комфорт оказался лишь тонким одеялом, наброшенным на доску с вбитыми гвоздями, где каждое остриё – новая ложь.
– Я брал понемногу, – тихо сказал Варде. – Самую малость. Ты сама отдавала мне тепло, когда проводила со мной время. Разве тебе было тогда плохо? Разве ты не скучаешь по нам?
– Ты хренов манипулятор. – Мавна поёрзала на подоконнике, зябко обнимая себя за плечи. – Прекращай свои игры. Будь честным. Тогда я обниму тебя, и мы поболтаем. Как раньше. А пока ты пытаешься меня пристыдить, я буду смотреть на тебя как на дерьмо.
Варде смотрел на неё округлившимися глазами:
– За тебя будто говорит кто-то другой. Ты изменилась. Это чародей научил тебя таким словам?
– Жизнь заставила. Твой ответ?
