– Почему от тебя пахнет гарью? – спросил Варде, чуть повернув голову к Мавне, но не сводя глаз с дороги. Он вёл медленно, нарочито аккуратно, останавливаясь на светофорах ещё до того, как загорался жёлтый.
Мавна украдкой понюхала рукав.
– Гарью? – Голос прозвучал предательски высоко. – Да вроде духами пахнет.
– Нет.
– А. Там мальчишки мусор подожгли, – соврала она, отворачиваясь к окну. – Я мимо шла. Воняло и правда ужасно.
Варде задумчиво кивнул, но больше спрашивать не стал. Мавна снова покосилась на него, и ей показалось, что на рукаве его куртки появились какие-то тёмные пятнышки. Она хмыкнула себе под нос: наверняка снова возился со своими зарисовками тушью. Давно пора бы понять, что с тушью у него не ладится, а вот с карандашами – очень даже. Салон заполнялся запахом клубничной жвачки – и как он учуял гарь сквозь этот аромат? Чудак, да и только.
Мавна успокаивалась. Варде не говорил с ней об их размолвке. Будто почувствовав её усталость, включил в машине диск с расслабляющим ретроблюзом. Мавна смеялась над ним: ну кто сейчас слушает музыку на дисках? Но у Варде в комнате стоял даже кассетный магнитофон, и старые фильмы он тоже собирал на кассетах. Будто застрял во времени лет двадцать назад. Её это умиляло.
Она украдкой поглядывала на Варде. Иногда он казался ей взрослым парнем, а иногда – подростком. Вот как сейчас. Светлые волосы падали ему на глаза, красный свет светофора бросал на нос и скулы румяные блики – ну мальчишка же, не дашь больше шестнадцати. Упрямый, милый, временами своенравный, обходительный и чуткий. Нестерпимо захотелось коснуться его щеки пальцем, но тут светофор мигнул, окрасив Варде потусторонним зелёным, и Мавна решила не отвлекать.
Да и всё же: он пока что не извинился. Хоть и сказал, что хочет этого. Пусть думает, что Мавна оскорблена – отчасти так и есть. Она снова покрутила колечко. Странно, но она успела к нему привыкнуть: будто бы прикосновение к пластику дарило какое-то мимолётное успокоение, приземляло мысли и удерживало на месте тревогу. Знал ли Варде об этом, когда дарил? Да вряд ли. Но теперь Мавна испытывала искреннюю благодарность за этот подарок. Не за предложение, нет. Подарил бы просто милую вещицу – было бы куда уместнее. Эх, мальчишки…
И снова за окном машины замелькали знакомые улицы. Ларёк с прессой, старые кирпичные пятиэтажки, потом – супермаркет «Пять удельцев» и дома пониже, на три этажа. Сквер, спортивная «коробка». Одноэтажные домишки с палисадниками на пару соток. Их родной дом, выкрашенный коричневой краской. Мавна мимолётом отметила, что в гостиной и в комнате Илара горел свет. На душе стало тепло-тепло.
Машина свернула на просёлочную дорогу. Стемнело так, что было видно только попавший в свет фар путь да жухлую полынь на обочинах. Впереди, правда, моргали огонёчки далёких домов, но казалось, будто это чьи-то глаза среди кромешной тьмы. Мавне хотелось бы думать про кошачьи. Только не упыриные, нет.
Интересно, другие упыри испугались?
Нет, нельзя о них снова думать.
А почему нельзя было приманить сразу всех?
Наверное, один чародей не справился бы.
Но если собрать человек десять таких же психов?
И что там с кварталом тридцать два? Всё ли хорошо?
Рука потянулась за телефоном, чтобы написать Смороднику сообщение и спросить, как у него дела. Но не успела Мавна нажать кнопку разблокировки, как машина слегка подпрыгнула на кочке, возвещая о прибытии. Варде крутанул руль, остановился перед воротами и заглушил двигатель.
– Ну, – он провёл рукой по волосам, – приехали.
Он зажёг фонарик на телефоне, чтобы добраться до крыльца без происшествий, и включил лампу над входом.
– Твой отец дома? – спросила Мавна осторожно, едва они оставили обувь в темноватом коридоре.
– Не-а. Был днём, снова уехал. Своё дело, ну ты понимаешь.
– Ага.
Варде рассказывал, что его отец занимается частными охранными компаниями – что-то с ведением финансов или связями с госструктурами, Мавна так и не поняла – всё это звучало слишком далеко от её привычного мирка, полного выпечки и кофе.
– Проходи. – Варде как-то скованно указал в сторону кухни.
На первом этаже их дома была просторная светлая кухня, совмещённая с гостиной. Около больших окон громоздились полчища цветочных горшков, винтажный стол с четырьмя стульями стоял недалеко от газовой плиты, а на противоположном конце комнаты расположился старенький бледно-зелёный диван, такой глубокий и мягкий, что в нём можно было утонуть. Компанию дивану составляли два разномастных кресла с гобеленовыми подушками, а напротив, в стене, был камин, который почти никогда не разжигали. Если бы Мавна увидела фото этого жилища в интернете, то подумала бы, что оно принадлежит пожилой даме – а непременные кошки остались где-то за кадром, постеснявшись выходить на фотосессию.
