Разговоры в компании шли простые и незатейливые, так как все были куда больше сосредоточены на сладкой сочной клубнике. Леди Фитцкэмерон, кажется, провела с племянником беседу о его поведении на балу, так как теперь капитан Ливингстон уделял всем дамам одинаковое количество внимания – дошло даже до того, что он сделал комплимент миссис Эллсворт насчет ее зонтика. Мелоди, лишившись безраздельного внимания капитана – на каковое она явно рассчитывала после бала, – переключилась на мистера Дюнкерка, и вскоре тот уже носил ее корзинку, пока она собирала клубнику.
Миссис Марченд клубничные грядки попросту восхитили: она ахала над каждой попадавшейся ей ягодкой: «Никогда таких не видела!» – так, будто и впрямь каждая последующая клубника была самой большой из всех, что ей попадались. И тут же отправляла находку в рот, прежде чем кто-то успевал убедиться в правдивости ее заявлений.
– Должен признаться, – пошутил ее муж, – что даже не успеваю заметить, срываешь ты их или ешь прямо так, с куста.
Миссис Марченд рассмеялась и очаровательно покраснела, но эта шутка ничуть не убавила того энтузиазма, с которым она собирала ягоды.
Чуть погодя вернулся сэр Чарльз – его лицо после похода на вершину холма и обратно стало таким же красным, как пресловутая клубника. Он смеялся, хитро щурясь на остальных.
– Вы не поверите, что натворил этот хитроумный мистер Винсент!
Джейн подняла глаза на холм, но мистера Винсента на месте не оказалось.
– Он что, так быстро закончил свою картину?
Сэр Чарльз усмехнулся и покачал головой.
– Я бы сказал, он все еще ее пишет. Рассказать вам или сами попробуете угадать?
– Он получил назначение к самому королю, – предположил капитан Ливингстон.
– Нет. И даже не к принцу-регенту. – Сэр Чарльз сложил руки на животе. – Он заставил себя и слуг исчезнуть, чтобы они не портили вид!
– Что? В самом деле? Как ловко! – загомонили гости, тут же позабыв про ягоды. Все стали разглядывать холм, наперебой утверждая, что видят то там, то здесь расположившихся слуг. Джейн тоже пригляделась, пораженная и тем, что мистер Винсент сумел в столь короткие сроки создать такую большую и сложную паутину складок эфирной материи, и тем, что сами складки оказались совершенно невидимы даже для чародейского зрения.
Конечно, во многих крупных залах использовались интерьерные чары, чтобы скрыть музыкантов во время балов, однако эти чары частенько требовали постоянного внимания. Такие иллюзии выходили невероятно детализированными, чтобы полностью повторять все помещение для создания впечатления пустого пространства, и на создание подобных чар уходило по нескольку недель. Джейн не могла вообразить, каким образом мистеру Винсенту удалось бы скрыть так надежно хотя бы одного слугу, не говоря уже о целой группе.
– Вы абсолютно все не туда смотрите. – Сэр Чарльз рассмеялся и покачал головой. – Идемте, я вам покажу.
Вся компания поспешила вверх по холму, начисто позабыв о клубнике, наперебой восхищаясь изобретательностью мистера Винсента и его умением работать с чарами. Когда все оказались на самой вершине, а никаких следов мистера Винсента или слуг так и не обнаружилось, капитан Ливингстон заметил:
– Адмиралтейству пригодились бы подобные таланты.
– В море им места нет, – послышался грубый голос, и словно из ниоткуда возник сам мистер Винсент с мольбертами и первичными набросками пейзажа, раскинувшегося внизу. Чароплет снял сюртук, и несколько верхних пуговиц его сорочки были расстегнуты, но его, похоже, ничуть не беспокоило подобное нарушение приличий: он продолжал рисовать, не обращая ни малейшего внимания на собравшихся зевак. Его движения были свободными и уверенными, без капли напряжения, которого стоило ожидать от того, кому приходилось ускоренными темпами создавать столь большую иллюзию. Джейн отвернулась от мольберта, невольно ища отброшенные мистером Винсентом лоскуты чар, чтобы отследить, какие из складок он использовал.
– Но почему бы не воспользоваться этим методом, чтобы скрыть наши корабли от Наполеона? – поинтересовался капитан Ливингстон. – Он же не может требовать так уж много сил, в противном случае вы не смогли бы поддерживать иллюзию и одновременно рисовать.
На лице мистера Винсента не дрогнул ни один мускул, однако, судя по тому, как он коротко оглянулся на мисс Дюнкерк, Джейн поняла, что он приглашает девушку вспомнить их уроки. Так что сама Джейн промолчала, дожидаясь, пока мисс Дюнкерк сама найдет верный ответ.
– Это невозможно, потому что он привязал складки эфирной материи к месту. Привязанные складки статичны, а море постоянно в движении.
– Верно. – Мистер Винсент отвернулся к мольберту и снова взялся за кисть.
– Но где же тогда слуги? – спросила Мелоди.
Чароплет, не говоря ни слова, указал куда-то кончиком кисти.
Джейн посмотрела в указанном направлении, но так и не увидела складок, скрывавших прислугу. Решив, что ее обманывают, она прошла мимо мистера Винсента – и ахнула, когда слуги и впрямь возникли у нее перед глазами.
– Джейн! – воскликнула Мелоди за ее спиной.
