Темза и Феликс испуганно округлили глаза, подскочили и подняли ладони вверх. Я отползла назад, приподнялась на локте, не отрывая пистолет от журналистов, а затем кое-как поднялась на ноги. Грудь горела огнём, а нога нехорошо пульсировала. Я быстро бросила взгляд вниз. Из лодыжки снова пошла кровь. Чёрт, нужно было достать оружие раньше, пока этот проклятый медбрат не додумался снять шарф.
Но Темза сделала шаг ко мне и твердым уверенным голосом сказала:
– Юнона, опусти оружие. Ты совершаешь ошибку.
– Как вы меня нашли? – процедила я.
– По маячку, – ответил Феликс.
– Какому маячку?
На этот раз ответила Теми:
– В шапке. Его оставил твой напарник.
Я выругалась, сняла любимый головной убор и бросила на землю.
– Как вы вообще вышли на Гектора? Как добрались сюда?
Феликс начинал терять терпение:
– Доехали на снегоходе. Стоит недалеко от дороги. Мы ответим на все вопросы, только позволь помочь тебе.
Я протянула ладонь и холодно отчеканила.
– Ключи от снегохода. Живо!
Ребята переглянулись. Темза сделала ещё шажок.
– Стоять на месте! Иначе пристрелю, – настаивала я.
Она остановилась, вскинула руки еще выше, давая понять, что спорить не будет. Вдруг голова закружилась.
– Хорошо! Я стою. Просто послушай. Ты далеко не уедешь. Тебе сейчас же нужна помощь. Более того, покажешься в Джаро – умрёшь.
– Как будто с вашей замечательной компанией мне удастся долго прожить… – холодно пробубнила я.
– Удастся! Мы поможем! – возразил Феликс и прижал ладонь к груди.
– У нас нет оружия, Юна. Так тебя называют, да? – спросила Темза.
Я не ответила.
– Ты можешь пристрелить нас прямо сейчас. Только это бессмысленно. Мы поможем тебе. А ты нам.
– Чем я вам помогу?
– Расскажи всё. От начала и до конца. Как есть. Мы хотим раскопать правду, – горячо заверила она.
Я нахмурилась и сделала глубокий вдох. К сожалению, они были правы. Взгляд снова опустился на ногу. Кровь лилась в ботинок и заливала снег вокруг. Руки держали пистолет совсем неуверенно. Пальцы тряслись. Я была слабой. Очень слабой. Если бы не бушующий адреналин, скорее всего, моё тело бы ни на что не годилось.
Я облизнула сухие губы, секунду поколебалась и опустила пистолет, ловя себя на мысли, что второй день подряд мне не хватает решимости. Ребята облегченно выдохнули, а Феликс ещё и выругался.
И вдруг в метрах пятидесяти от журналистов показались черные пятна. Дроны.
– Ложитесь! – крикнула я и прицелилась.
Я не решался сесть в снегоход. Стоял и глупо смотрел, как на ватных ногах Юнона уходит вдаль. Мне хотелось погнаться за ней и помочь, но это было слишком опасно.
Я трусил и ненавидел себя за малодушие. А ещё понимал: жить во лжи и закрывать глаза на всё во имя карьеры и мнимого благополучия больше не хотелось. Это значило лишь одно. Дрожащие пальцы потянулись к телефону. Оказалось, что мне дважды звонила Герда и трижды – Чилитта. Однако, это было совсем неважно. Я набрал номер Макса.
– Объявился, значит, – недовольно сказал друг.
Я пропустил колкость и сразу перешел к делу:
– Звоню извиниться за своё поведение, а ещё попросить об одолжении.
Макс молчал.
– Мне нужно во что бы то ни стало найти связь между пропавшими детьми и понять, что их объединяет.
Напарник выругался, а затем ответил:
– Опять ты за своё!
– Есть обстоятельства, которые вынуждают просить тебя. Я собираюсь уволиться.
– Это шутка такая?! – завопил друг.
Я сжал пальцами переносицу, чувствуя, как начинает болеть голова. Объяснять ничего не хотелось. По крайней мере, сейчас.
– Нет, – спокойно сказал я. – Это не телефонный разговор. Просто нужно, чтобы один раз ты мне доверился. Поверь, дело серьёзное.
– Что вообще происходит? – Макс терял терпение. – Где ты сейчас?
– В нескольких километрах от Тиви.
– Что ты там вообще забыл?
Я старался не срываться на друга.
– Не по телефону.
Ладно, – послышался вздох, – ничего не буду обещать, пока не объяснишь, что могло стрястись за полдня и из-за чего понадобилось увольняться.
– Всё расскажу завтра, – пообещал я. – Поверь, друг, я бы тебя просто так ни о чём не просил.
– Хорошо, – слегка недоверчиво ответил Макс, – в таком случае, до встречи.
Он положил трубку. Мне захотелось ещё раз обернуться, чтобы посмотреть вслед Юноне, но пришлось сдержаться. Я быстро сел в снегоход, пока не натворил глупостей, и поехал обратно в город. Всё было, словно в тумане. Будто моя жизнь перевернулась с ног на голову. Пару раз даже приходили мысли соврать Аноре и сказать, что я сжёг тело Сафи, и от него не осталось следов. Однако, это бы меня не спасло.
Иногда в мозг прокрадывались и гнусные мысли. Что, если мошенница меня выдаст? Но совесть резко меня одергивала, настойчиво напоминая: бедной Юноне нужно ещё как – то добраться до людей. И тогда стыд начинал сверлить за мерзкое решение оставить несчастную девушку в холодном лесу. Болван, почему не довёз её до Тиви?
Я не выдержал, стукнул кулаком по рулю и выругался. Выстрелить ей в грудь было бы милосерднее, чем оставить умирать.
