Вместе с этим странным желанием внутри варилось чувство вины перед Гердой. После того, как она ушла, мы больше не общались. Некоторые вещи жены всё ещё хранились в квартире, да и официально нас не развели. Я никогда не считал себя хорошим человеком и отчётливо понимал, что все мои поступки по отношению к ней откровенно паршивы. А сейчас, кажется, окончательно прозрел.
Но… Позвонить и по-человечески извиниться всё ещё не хватало духу. Я старательно отгонял эти мысли и позволял себе думать лишь о гнусном поступке по отношению к Юноне.
Поэтому в одну из бессонных ночей у меня родился план.
– Макс, – сказал я тихо, хотя в столовой было шумно и нас бы вряд ли услышали.
– Когда ты смотришь на меня таким заговорщицким взглядом, мне не по себе становится, – съязвил напарник, но тоже понизил голос.
Я отложил вилку и бросил презрительный взгляд на тарелку с макаронами и вареной рыбой. Из-за плана, который крутился в голове уже несколько дней, аппетит пропал. Я нервничал.
– В общем… Мне нужно съездить к океану.
– Зачем? – поднял брови Макс. – К чему такой риск? Если нужно передать сведения, пусть это сделает Хорнкиван.
– Хочу извиниться.
Друг ударил ладонью по лбу и закатил глаза:
– Перед кем? Ты девчонке жизнь спас! Дважды, вообще-то! – Макс поднял ладонь и, как будто объясняя очевидные вещи ребенку, стал загибать пальцы. – Первый раз в твою голову пришла гениальная идея испортить себе жизнь, и ты не застрелил Сафи в лесу. Но тут я тебя не осуждаю.
Я недовольно хмыкнул. Макс загнул второй палец и продолжил:
– А в следующий раз детектив Филипп Гарьер счёл хорошей идеей оставить либерган Юноне, а Аноре Вуду подсунуть пистолет Гектора Лероя. Благодаря этому девчонка отбилась от дронов, – Макс стукнул ладонью по столу и повысил голос, – да она тебе обязана! Хватит считать себя виноватым!
Я опустил глаза и пробормотал:
– Она мне то же самое написала.
Друг хитро прищурился, подпёр рукой подбородок и неестественно улыбнулся:
– Вы что, переписываетесь?
Отчего-то я почувствовал, как к щекам приливает кровь.
– Нет. То есть да.
Губы Макса расползлись в ещё более отвратительной улыбке.
– Но только по делу, – быстро добавил я, – мы же теперь в одной лодке.
Напарник несколько секунд не отводил своего мерзкого взгляда, но не комментировал.
– Чего ты так на меня пялишься?
– Просто так, – чересчур елейно ответил друг.
Мне показалось, что отводить глаза будет высшей степенью и без того неловкой ситуации.
– Ты мне поможешь или нет? – я начал терять терпение.
Макс потер лоб и стал серьёзным:
– Я – то тебе, конечно, помогу. Только знай: такого риска не одобряю. Мне не понятно, к чему это всё.
– Не могу спокойно спать, – перебил друга, – днём без конца проматываю события того дня в лесу, а по ночам мне это снится. Мне нужно с ней поговорить.
– Сто раз уже это говорил, но повторюсь: уверен, она не держит зла, – тихо пробормотал друг.
– Знаю, – я кивнул, – но это не значит, что я сам на себя зла не держу. Понимаешь, мне пришлось не только её бросить. Ещё я нашёл труп Валера Сафи. А говорила Юноне об этом Темза. Короче, чувствую себя трусом.
– Ладно, – вздохнул Макс, – чего ты хочешь?
– Прикрой меня. Напиши в отчёте за сегодняшний день, что ниточки расследования убийства ведут в Тиви. И я отправился туда.
– Допустим. Но Аноре за тобой следит. Ты выдашь местоположение Юноны, если они отправят слежку.
– Не отправят. Я был очень осторожен в последние недели. Думаю, Вуд не подозревает о моей связи с Юноной. По крайней мере, надеюсь на это.
Макс тяжело вздохнул:
– Друг, ты чересчур наивен. Но я все равно помогу.
Облегченный выдох вырвался из груди. Доедать рыбу не хотелось. Мы вышли из столовой и направились к лифту. И вдруг я остановился как вкопанный.
– Чили?.. – пробормотал я, не веря своим глазам.
И вправду, этот силуэт невозможно было перепутать. Она стояла боком, ожидая лифт. Её кудрявые русые волосы были собраны в пучок. Судя по полицейской форме, она теперь тоже работала тут.
– Это невозможно… – продолжал пребывать в шоковом состоянии я.
– Что случилось? – поинтересовался Макс.
Я развернулся на сто восемьдесят градусов и шикнул:
– Иди сюда.
Друг подошёл, и по его лицу было понятно: он думает, что я совсем с катушек слетел.
– Там стоит Чилитта.
– Что?! Но её же отчислили из Полицейской школы!
– Так и есть. Понятия не имею, как она умудрилась устроиться к нам.
Я бросил быстрый взгляд за плечо, надеясь, что бывшая любовница уже уехала на верхний этаж. Но в тот же самый момент Чили посмотрела на меня. Её лицо на короткое мгновение озарило удивление, а затем брови съехались к переносице, и она демонстративно отвернулась.
Макс прыснул в кулак.
– Что смешного? – взбесился я.
– Да так, ничего. Просто ты и вправду ведёшь себя, как подросток. Разве мужчины прячутся от девушек, которых обидели?
– Я никого не обижал! Кто её просил приходить ко мне в дом? – возразил я, но быстро понял, что не прав.
Ни Герда, ни Чилитта не заслуживали такого отношения. Тяжелый вздох вырвался из груди, и я решительным шагом направился к ней.
– Привет, – неловко пробормотал, поравнявшись с Чили.
