Вдруг зашевелился третий, тот, кого я вырубил удушением.
– Чёрт, совсем забыл, что их у нас трое.
– Что ж, – Ида ехидно ухмыльнулась, – в моём подвале места хватит для троих.
Когда мы закончили вязать пленников, боль дала о себе знать. Кровь так и не прекратилась. Но мне было не до этого. Внутри бурлил адреналин. А ещё необъяснимая дурацкая радость. Да, на нас напали. Да, мы поубивали людей. Но у нас появились ниточки, которые, возможно, помогут распутать клубок.
Утерев рукавом нос, я серьёзно заговорил:
– Кажется, нам пора перестать игнорировать тот факт, что мы стали одной командой. Нужно позвонить Темзе. Пора составить план и начинать действовать сообща, а не порознь. Кажется, пора нашей журналистке вооружиться красным словцом, а нам помочь ей состряпать правдоподобную историю.
Ида снова вернулась в привычный образ равнодушной стервы и отчеканила:
– Если вы собрались тут организовывать посиделки, я категорически против.
И только я хотел возразить, она с грохотом поставила бутылку какого-то пойла на прилавок и добавила:
– Но сегодня сделаем исключение. Сейчас же позвоню сестричке.
В маленьком помещении смешались запахи земли и крови. В воздухе всё ещё витала пыль, освещаемая лучами из маленького окна. Этот момент, когда схватка только-только завершилась, мне никогда не нравился. В пылу драки редко задумываешься о последствиях. Просто делаешь. Исход доходит до мозга через несколько мгновений, когда всё уже позади. Только сейчас я услышала, как истошно лаяла Булка в доме. Наверное, хотела помочь хозяйке.
В скольких передрягах я побывала за свою короткую жизнь? Их не счесть. Но нынешние неприятности ни в какое сравнение с прежними не шли. На деревянном полу цветочного магазинчика остывали два трупа и истекали кровью трое всё ещё живых незнакомцев. Глаза против воли покосились на ладони. Одного из посетителей я убила своими руками. Секатором!..
Храбриться перед Гарьером оказалось проще, чем осознать свой поступок. К горлу подкатил ком. Было сложно понять, то ли от тошноты, то ли от нарастающей истерики.
Но ни одну из этих слабостей я не имела права себе позволить.
Детективу досталось больше нас. Нос Филиппа распух, под глазами расползлись фиолетовые синяки, а из обеих ноздрей текла кровь. Он, конечно же, отчаянно делал вид, что всё в порядке и завязывал стяжками руки последнему пленнику, попутно пререкаясь с ним.
Главарь, на лице которого не осталось живого места из-за порезов Иды, прожигал меня ледяным взглядом. Столько ненависти я не видела уже давно. Почему они так хотели меня найти? Что им от меня надо было? Ведь и так повсюду в новостях только и говорили о моей смерти и виновности.
Внутри бушевала странная гамма чувств. Любопытство и всё ещё бушующий адреналин пытались уместиться рядом с разрастающимся чувством вины.
Из-за меня теперь будут проблемы у Иды и Филиппа. Только по моей вине незнакомцы нагрянули в «Пальму».
Я бросила быстрый взгляд на хозяйку магазина, которая с грохотом поставила на прилавок бутылку и пообещала сейчас же позвонить Темзе. В её глазах горели странные дьявольские огоньки. Всегда флегматичная Ида сейчас казалась необычайно живой. Будто только и ждала подобного случая. Я видела, как Филипп поглядывал то на неё, то на тающие льдинки у ног главаря. Конечно же, жуткие когти застали его врасплох. Удивилась ли я? От части. Неспроста Ида пренебрегала тёплой одеждой. К тому же…Столько всего случилось за последнее время, что удивляться уже не получалось.
– Что будем делать теперь? – тихо спросила я. – Отведём их в подвал и допросим?
Ида ушла в подсобку поговорить с Теми. Филипп с трудом поднялся и ответил:
– Да. Наконец-то у нас есть ниточки, за которые можно подёргать.
И скривившись от отвращения, детектив подошёл к главарю и толкнул его. Тот глухо застонал и сквозь зубы прошептал какие-то ругательства. Гарьер достал из кармана очки и надел на разбитое лицо, немного содрогнувшись от боли. Я тяжело вздохнула, зашла за прилавок и достала небольшую аптечку.
– Надо остановить кровь.
Филипп тряхнул головой и слегка улыбнулся:
– Я в порядке.
Но отвечать не хотелось. Никто не был в порядке. Никакой безопасности не существовало. До тех пор, пока я находилась рядом с этими людьми.
Сердце защемило от боли. Какой же дурой надо быть, чтобы считать работу в проклятом магазинчике безобидным делом! Кто бы ни охотился за мной, они не перестанут. А значит, подвергать опасности Теми, Иду и Филиппа я не имела права.
– Эй, – Гарьер шагнул ближе, – это я во всём виноват. Скорее всего, меня выследили. Так что не вздумай себя укорять.
Я снова не ответила. Это было неважно. Дрожащими пальцами, на которых запеклась кровь, достала стерильные салфетки и бинты.
– Подойти ближе, надо заняться твоим лицом. Иначе получишь ещё и от Иды, что испачкал её прилавок кровью.
Гарьер слегка усмехнулся и повиновался. Я дотронулась ладонью до подбородка и поймала его взгляд из-под очков. В голубых глазах было что-то странное, неуловимое…Что-то такое, от чего в груди шевельнулась давно забытая эмоция…
