Но, сказав это, он запнулся, бросив на меня виноватый взгляд. Его слова повисли в воздухе, образовав напряжение. На самом деле, мне тоже было очень интересно.
– Как минимум, создавать из маленького огонька двухметровую пламенную стену.
Снова повисло молчание.
– Странная штука – жизнь, – вдруг усмехнулся детектив, – две недели назад я чуть тебя не погубил, а сегодня мы друг друга защищали.
Тяжелый вздох вырвался из груди:
– Не уверена, что это хорошо. Ты даже не представляешь, во что ввязался.
– Как ты там говорила? «Не недооценивай меня»? Так вот, не стоит считать детектива Полицейского департамента слабаком.
– Так почему тогда детектив Полицейского департамента до сих пор не отыскал стоящей информации?
– Ну, вообще-то, кое-что было. Хорошо, что напомнила. С этой заварушкой… Я почти забыл, что собирался показать тебе имена.
Филипп потянулся во внутренний карман за планшетом.
– Среди мутантов было очень мало выживших. Прочти, может быть, кого-то узнаешь.
Я взяла гаджет и безразличным взглядом стала просматривать список, особо ни на что не рассчитывая.
И вдруг внутренности полоснуло адреналином. Сердце будто подскочило к горлу. Меня снова затошнило. Стало тяжело дышать. Гарьер заметил перемену в моём лице и испуганно спросил:
– Что? Что-то случилось? Ты знаешь чьё-то имя?
Чёрные буквы стали расплываться перед глазами, сливаясь в кашу.
– Этого не может быть… – прошептала я, чувствуя, как ослабели пальцы, а планшет выскользнул из рук и с грохотом повалился на пол.
Филипп поднял гаджет и снова перевёл обеспокоенный взгляд на меня:
– Кого из них ты знаешь?
Я попыталась перевести дух. Да сколько ребят со светло-карими глазами по имени Хрисан могло быть в Джаро?
Однако, интуиция кричала: это он. В памяти вспыхнули наши горячие объятия. В прямом смысле. Обжигающе тёплые руки…
– Чёрт возьми, – простонала я и запрокинула голову, уткнувшись затылком в прилавок.
Как объяснить Гарьеру свои подозрения? Что именно говорить? Я любила парня, а затем он сгорел в пожаре? Почему-то, рассказывать подробности мне было неловко.
– Кажется, это мой… – я на секунду запнулась, – старый знакомый. Мы хорошо общались в юношестве.
– Отлично! – обрадовался детектив. – Где он жил? Надо его найти!
– Это невозможно. Его семья сгорела в пожаре.
Филипп нахмурился и задумчиво перевёл взгляд на планшет. Несколько секунд он чём-то размышлял, а затем выразительно посмотрел мне прямо в глаза:
– Юнона, ты видела тела?
Я подняла брови:
– В каком смысле?
– В прямом, – он подскочил и стал расхаживать мимо меня туда-сюда, – парень, устойчивый к пламени, сгорел в пожаре? Слабо верится.
– Но ведь…
Филипп перебил:
– Твою квартиру подожгли, подбросив туда чей-то обугленный труп. Давний знакомый якобы сгорел. Есть сходства в почерке, не находишь?
По телу стало разливаться противное чувство. Смесь горечи и зарождающейся надежды.
– Это исключено, – отчеканила я.
Филипп покачал головой.
– А вдруг? Как вы познакомились? Он мог знать про Агату?
Меня вновь затошнило. Голова пошла кругом.
– Прекрати, Гарьер, – сквозь зубы прошептала я, – он мёртв. Он не может быть живым. Если бы…Будь Хрисан живым…Он нашёл бы меня.
И, видимо испугавшись холода в моём взгляде, Гарьер остановился и нахмурился ещё сильнее. А я закрыла глаза на секунду и вспомнила последний разговор. Что он хотел рассказать? Неужели о своих способностях?..
Это было невероятно. Слишком серьёзное совпадение. А вместе с тем…Проклятая надежда уже поселилась в сердце. В разум то и дело стали проникать картинки нашего непродолжительного счастья.
– Прости…Не хотел ворошить твою боль, – виновато пробормотал Гарьер.
Я посмотрела в его голубые глаза. Кажется, он догадался, что Хрисан не был простым знакомым.
– Пойду прогуляюсь, – бросила я и поднялась.
От одолевавших эмоций было дурно. Ноги подкашивались. Перед глазами стояла странная пелена, от того я толком не видела, куда шла.
